Свет в ее глазах

В моей голове возник образ маленькой девочки с большими синими глазами, длинными темными волосами и курносым носом. Если бы у нас с Джоанной была дочка, то лучше бы она была похожа на нее. Девочка с моим характером была бы настоящей катастрофой. Но я все равно любил бы ее.

Стоп. Какая еще девочка?

Я вдруг почувствовал сильный страх, плавно перерастающий в панику.

– Я не собираюсь жениться, тем более заводить детей, – выпалил я.

Джоанна вскинула голову и взглянула на меня. А я уже и забыл, что она стоит рядом. Ее брови едва заметно дернулись, как если бы она была недовольна или раздражена. Готов поспорить, она сама против замужества и детей.

Грант улыбнулся, и мне не хотелось знать причину его улыбки.

– Елена почти не скрывает своих намерений. Ей нужны деньги. Что бы ни нашептывала тебе, она в безвыходном положении, – сообщил я отцу.

Мамочка готова была прыгать на любого, у кого есть деньги.

– Я знаю. Давно проверил ее. Она на мели. А еще приходила ко мне после вашего разговора и была недовольна тем, что у тебя появилась девушка.

Отец взглянул на нее, я тоже посмотрел на Джоанну, и та покраснела.

Джоанна была самой милой девушкой из всех, кого я знал. И мнение женщины, называющей себя моей матерью, для меня не имеет значения.

Я приобнял Джоанну за талию и прижал к себе.

– Но я недоволен, – фыркнул отец. – Почему ты представил свою девушку Елене раньше, чем мне?

– Елена влезла в наши планы, я не хотел подпускать ее к Джоанне даже на километр.

– Как насчет ужина сегодня? – спросил он.

Я взглянул на Джоанну, ожидая ответа от нее.

– Буду рада поужинать с вами, – улыбнулась она.

На следующий день я зашел к мисс Хэтфилд на работу, чтобы позвать ее на обед. Но она была занята. Я устроился на диване в ее кабинете и следил за тем, как быстро она стучит пальцами по клавиатуре. Ее брови были сдвинуты к переносице, взгляд прыгал по экрану, и она постоянно прикусывала нижнюю губу.

В жизни не видел ничего сексуальнее. Мне пришлось ослабить галстук, иначе я с легкостью мог упасть в обморок от асфиксии.

– Прекрати так пялиться на меня, – сказала она, даже не взглянув в мою сторону.

– Как «так»? – лукаво спросил я, скользя взглядом от ее глаз к губам, а затем к подбородку и ниже.

На ней была обтягивающая майка на тонких бретельках бежевого цвета и узкие черные джинсы, которые сейчас я не видел, потому что ее ноги были спрятаны под столом. Но хорошо помнил и мог представить в любую секунду. Эти джинсы сводили меня с ума.

Ладно, любые джинсы сводили меня с ума, если были на ней.

Она замерла и взглянула на меня:

– Словно ты маньяк, а я твоя жертва.

Я усмехнулся и встал с дивана.

Упершись руками в столешницу, я навис над ней. Наши лица находились в сантиметрах друг от друга.