Свидетель, не увидевший свет

– Вот и помогай вам после этого, – усмехнулся задержанный.

– За помощь спасибо! А проламывать головы гражданам в нашей стране запрещается. Это называется «нанесение телесных повреждений». Пошли! – Гуров подтолкнул Бочкина в спину, направляя его в сторону участкового пункта. – А ты, Игорь, зашел бы к местному фельдшеру со своей раной. Может, там швы накладывать надо.

– Разберемся, – проворчал Захаров.

До участкового пункта дошли в полном молчании. Чебриков отпер дверь, вошел первым и включил свет. Гуров подтолкнул Бочкина к высокой, до самого потолка, решетке в дальней части комнаты. Небольшая камера, размером примерно два на четыре метра, имела лежанку и вполне современные унитаз и раковину. Сняв наручники с Бочкина, Чебриков запер за ним дверь на навесной замок и вопросительно посмотрел на Гурова.

Сыщик подошел к решетке и, глядя на Павла, угрюмо улегшегося на лежанке и уставившегося отсутствующим взглядом в потолок, сказал:

– Посиди пока здесь, подумай. Учти, что я знаю больше, чем тебе кажется, и очень о многом догадываюсь. Отсюда тебе не выйти, если, конечно, не проявишь доброй воли. Будешь молчать, тогда тебе одна дорога отсюда – в район, когда появится возможность тебя туда транспортировать.

– Великое преступление, – усмехнулся Бочкин. – Дожили! Уже и по морде подонку съездить нельзя. – С этими словами он демонстративно отвернулся к стене и замолчал.

– Во-первых, не по морде, – поправил его Гуров. – Я бы так сказал, что это больше граничит не с пощечиной, которой награждают подлеца, а с попыткой проломить человеку голову. Это немножко разные вещи. Ты знаешь, что твою выходку можно расценить даже как покушение на убийство? Да-да! Этим дрыном, которым ты огрел Захарова, его вполне можно было убить. Это немножко разные статьи и разный уровень ответственности. Уже не административной, а уголовной. Учти это. Но ты напрасно делаешь вид, что ничего не понял, Павел. Мне хотелось бы поговорить с тобой о взрывчатке. Понимаешь?

– Какая еще взрывчатка? – проворчал Бочкин в стену. – Я тут не был несколько лет, что вы ко мне с ней пристаете?

– Ладно, не тороплю, – кивнул Гуров. – Полежи пока, подумай. Пошли, Чебриков.

Оставив дежурное освещение в кабинете, Чебриков запер входную дверь и сунул ключ в карман. Гуров взял участкового за пуговицу и тихо заговорил:

– Ну, все, Володя, в инкогнито мы с тобой играть не будем, пора раскрывать карты. Серьезно допрашивать Бочкина придется чуть позже, потому что пока у тебя одно основание для его задержания – нанесение побоев Захарову. У нас с тобой все сходится на Бочкине, и это неприятно сознавать. У него наверняка есть здесь сообщник или сообщники. И где-то спрятана взрывчатка, и она кому-то зачем-то нужна.