Свидетель, не увидевший свет

– Коля, боюсь спросить, но все же – что с причиной смерти? Если ты скажешь, что я опять бегу впереди паровоза, готов покорно ждать до завтра.

– Да ну что ты! Уж такие пустяки мы давно выяснили, – небрежно произнес Козлов. – Как я и думал – перелом шейных позвонков, приведший к разрыву спинномозгового столба. Так что бедняжке сперва свернули шею, потом привязали к «тарзанке», а затем опустили в воду.

– Уже мертвую?

– С такими травмами вообще-то не живут, – мрачно усмехнулся судмедэксперт. – Это так называемый «перелом висельника», так что ты думал в верном направлении, когда решил, что ее повесили. Но ее не вешали.

– Понял. Слушай, Коля… – собрался задать еще один вопрос Гуров, но тут зазвонил его сотовый. На экране высветилось «КРЯЧКО», поэтому, нажав кнопку соединения, он даже не стал спрашивать, чего хочет Станислав, просто быстро проговорил: – Стас, я занят, перезвони чуть позже.

Убрав телефон, он снова повернулся к судмедэксперту:

– Насколько я знаю, свернуть шею – довольно непростая задача. Обычно жертву просто душат, сдавливая горло. То есть человек должен быть подготовленным… Нет, не надо говорить, что я жду от тебя описания личности убийцы! Но эксперту-профессионалу ведь под силу сказать, когда, к примеру, убийство однозначно не может быть совершено женщиной?

Козлов купился на формулировку о профессионализме и тут же ответил с важностью в голосе:

– Женщины, конечно, бывают разные. Если, к примеру, физически сильная, да к тому же подготовленная, то могла бы шею свернуть. Обычная – нет. Так что если в поле зрения в ходе расследования тебе попадется женщина – боец спецназа, можешь не сомневаться – она убила!

– Понял тебя, Коля, спасибо, еще пара вопросов.

– Давай! – мотнул головой Козлов.

– Состояние здоровья жертвы и прочие подробности – ВИЧ-инфекция, гепатит, беременность…

– Ничего такого нет, даже беременности. Скорее, наоборот, – усмехнулся Козлов.

– То есть? – не понял Гуров.

– То есть она недавно сделала аборт.

– Вот как? Когда?

– Пару-тройку месяцев назад, я думаю. Только, Гуров, не надо у меня спрашивать, кто был отцом ребенка! – предостерегающе поднял руки Козлов.

– Не буду, не буду. Больше ничего?

– Больше ничего. Ни родимых пятен, ни шрамов.

– А она рожавшая, нет?

– Нет, не рожавшая. Она молодая совсем, не больше двадцати. Вон у меня заключение на столе, можешь ознакомиться. Я с него тоже копию снял.

– Вот теперь окончательное спасибо, Коля! – Гуров пожал эксперту руку и, взяв все документы, направился к выходу.

Когда он вернулся в свой кабинет, Крячко на месте не было, видимо, отправился обедать, не перезвонив. Полковник посмотрел на часы. Было десять минут седьмого, рабочий день официально уже закончился.