Сверкающая надежда (ЛП)

Я хочу увидеть тебя пьяным. — Позвал меня Генри.

Я не собирался напиваться, пока не найду Луну.

Я протискивался сквозь людей, которые все были одеты в белое, и всегда пропускал шаг, когда добирался до лестницы. Перед дверью туалета на втором этаже образовалась небольшая очередь, а на лестнице, ведущей на чердак, сидели люди.

Не успел я открыть дверь на чердак, как она открылась сама, и мне навстречу вышла Ария.

— Привет, Уэстон. — Поприветствовала она меня с ухмылкой.

— Это… — Начал спрашивать я, стоя на предпоследней лестнице.

— Да, это она. — Ответила Ария на мой вопрос, прежде чем я успел его задать.

— Спасибо.

Я позволил ей пройти мимо меня и вошел на чердак, где Тревор жил с Люси. Я тихо закрыл дверь, отгородившись от шума, который был слышен только приглушенно.

Этаж состоял из спальни, в которой я тоже стоял, балкона и ванной комнаты.

— Луна?

— Да? — Услышал я голос Луны из ванной комнаты.

Я прошел в более аккуратную, чем обычно, спальню и открыл дверь из молочного стекла.

Если я когда-нибудь построю дом, я хочу именно такую дверь.

Я вошел в ванную и увидел Луну, стоящую перед зеркалом в белых ковбойских сапогах и белом атласном платье, завязанном сзади ленточками.

Темно-каштановые волосы Луны были завиты крупными волнами, и я не мог оторвать от нее взгляд.

— Я скучал по тебе.

Я поцеловал ее в щеку, обняв сзади, и наблюдала в зеркало, как она что-то размазывает по коже.

— Теперь ты вернул меня на весь вечер, а может быть, и на всю ночь. — Проворковала она и улыбнулась мне, когда наши глаза встретились в зеркале."

"Эта девушка была потрясающе совершенна и обладала такой прекрасной душой и харизмой. Что бы Луна ни надела или ни сказала, все привносило какую-то искорку, и мне не хотелось вспоминать о времени и глубоких беседах с ней.

— Что ты имеешь в виду под «может быть»? — Возмущенно спросил я, следя за каждым ее движением.

— Может быть, я не хочу спать рядом с тобой.

Я наблюдал, как она подавляет улыбку, открывая крышку баночки.

— Так вот на что это похоже? Хотя вчера это звучало совсем по-другому, Хейзел Баг. А ты моя, и я не делюсь.

Я почувствовал, как мой член медленно толкается о ткань и начинает устраивать свою собственную вечеринку.

Луна повернулась ко мне и показала банку.

— Хочешь?

— Что это?

Одно я знал точно. Вещество в этой банке пахло невыносимо, почти хуже, чем мои носки после хоккейного матча.

— Крем «Черный свет».

День рождения Тревора был не просто вечеринкой, на которой все были одеты в белое. Внизу уже повсюду стояли черные лампочки, и все, что нужно было сделать, — это подключить их, чтобы белая одежда начала светиться.