Сварог

Все искусство ларов разбивалось об одну-единственную преграду: в кабине слишком тесно. Тесно даже для суперспециалиста по ведению боя в ограниченном пространстве. При любой, самой неожиданной неожиданности она успеет выстрелить и просто физически не сможет промахнуться, в кого-нибудь да попадет. А еще этот дурацкий шип – насчет которого чертова баба ничуть не соврала. Равно как и насчет всего остального. Правда, только правда и ничего кроме правды, будь она проклята. Вопрос: сработает ли шип – ведь он оружие, и человеческая рука его не держит, стало быть, магия ларов должна как-то нейтрализовать его. Это с одной стороны. А с другой – проверять отчетливо не хотелось.

Дьявол, такого он не предусмотрел. Вроде бы просчитал все возможности – что Вало перестрахуется и попытается завладеть Ключом до того, как они достигнут точки рандеву, что за время похода грохнут самого Вало, что… Но вот что хитроумный предводитель дамургов, видящий, казалось бы, на десять шагов вперед, окажется, блин, той самой старухой с прорухой и самолично включит в их отряд тайного агента подполья – этого предвидеть было нельзя…

Он вкрадчиво спросил:

– А тебе что, совсем не жалко убивать людей, с которыми ты делила пищу, кров и постель, людей, которые, между прочим, спасали тебе жизнь?

Про постель это он специально ввернул. Старый такой прием, с которым Кана, быть может, не знакома – заставить террориста увидеть в заложнике живого человека, глядишь, что-то и шевельнется в окаменевшей душе боевика или бомбиста…

– Во имя нашего великого дела мне не жаль даже себя!

Она произнесла эту пафосную чушь с непоколебимой убежденностью. Значит, все-таки фанатичка. Это еще больше усложняло ситуацию. С простым бандитом еще можно как-то договориться, перекупить, обмануть, мозги запудрить – но с людьми, у которых в груди пылает революционный огонь, такие номера не проходят. Худший из типажей – женщина-террорист с замороченной идеологией мозгами. Что остается? Выудить из нее как можно больше ценной информации и все-таки попытаться обезвредить, потом, когда напряжение спадет и она устанет, немного ослабит внимание. Да уж, господа, чего легче…

– Ладно, – с непритворной грустью вздохнул он, – ты, кажется, начинаешь меня убеждать… Но согласитесь, фрау Кана, добровольная помощь всегда лучше принудительной, не правда ли? Поэтому, может, скажешь мне, зачем тебе вдруг так приспичило в Бездонный Дом – тогда, смотришь, и у меня появится интерес помогать тебе со всем пылом и задором…

– Не заговаривай мне зубы, тагорт, – зло прищурилась Кана. – Я не настолько наивна, чтобы поверить, будто ты станешь помогать мне по доброй воле.