Сварог

А стоит мне надавить на него или послать ему мысленный приказ, как спора вайака проникнет в твое тело. Не успеешь ты три раза хлопнуть глазами, как она начнет пробивать дорогу к свету – через твои почки, легкие, мышцы, мозг и всякие прочие кишки, мой дорогой тагорт…

Она расписывала вредительские качества шипа с заметным удовольствием.

– Так ведь это… – по возможности нейтрально сказал Сварог, – ты ведь и сама погибнешь. Ведь кроме меня со «скатом» никто не…

– Я не боюсь, – отрезала Кана. – Я знаю, за что умру.

– И за что, позволь узнать, мы разобьемся к чертям свинячьим?

– Сидеть!!!

Краем глаза следившая за диванчиками для пассажиров Кана увидела, что князь положил ладонь на застежку ремня, выхватила у Сварога из-за пояса шаур, навела его на Олеса.

– Первое и последнее предупреждение. Всем руки на колени! Кто шевельнется – сразу стреляю…

«Гос-споди, ну какая банальщина…» – тоскливо подумал Сварог, пока бритоголовая воительница вытаскивала у него из-за пояса заодно и катрал, засовывала его себе за пояс. Сказал по возможности спокойно:

– Ну и? Теперь, когда ты вооружена как взвод тагортов, может, соизволишь объяснить, отчего такая милашка вдруг превратилась в шипастую фурию?

– Разворачивай машину к Бездонному Дому, – приказала Кана вместо объяснений. – Только не говори, что не знаешь дороги: у тебя есть карта, у тебя есть приборы…

Помнится, Бездонным Домом дамурги называют пресловутый зиккурат. Впрочем, Сварог не настолько еще освоился на Димерее, чтобы без карты и приборов провести аэроплан от побережья Граматара до маленькой точки в Океане – зиккурата, едва выступающего над поверхностью воды… Но в том-то и дело, что карта у него имелась, аж целых две карты – та, что передал ему Вало, и эта, встроенная в панель управления «скатом», тут бритоголовая Синтия Ротрок была насквозь права…

– Ключ, – повернулась Кана к Чубе. – Очень медленно сними Ключ и протяни его мне. Одно неверное движение, и я отдам приказ шипу…

Послышался легкий шорох, звяканье цепочки.

– Ты считаешь себя хитрым и неуязвимым, – удовлетворенно сказала Кана Сварогу. – Надеешься обмануть меня, надеешься выкрутиться. Так вот знай…

Она присела на левый подлокотник, и в Сварога вонзились яростные глаза фанатички. Наверное, именно с такой неистовой и беспричинной злостью во взгляде народоволки, сжимая ладошкой зажженную бомбу, выбегали наперерез карете приговоренного тайным обществом генерал-губернатора. Преобразилась наша молчаливая Кана, нечего сказать…

– Знай, как бы ты ни ловчил, как бы ни был быстр, я успею послать приказ моему шипу и уничтожить тебя. В последний свой миг я буду думать только об этом.