Сваха для дракона

Копыта – крупные и тяжелые, словно гири, – без усилия проминали землю, когда рысак приплясывал на месте. Он выглядел вполне спокойным, но когда маленькая фигурка перескочила через деревянную ограду и подошла ближе, животное обезумело. Захрипело, раздувая ноздри, задрало верхнюю губу, демонстрируя крупные зубы, способные раздробить берцовую кость.

Но сагер шагнула к нему, не выказывая страха, а затем, почти без усилия, вскочила на спину жеребца и закинула петлю на его мощную шею. Конь от подобной наглости взвился на дыбы, намереваясь резким прыжком скинуть нахалку к своим ногам. Но Сугар держалась крепко.

Я без стеснения разглядывала царевну и чувствовала, как сердце подтачивает оголодавший червь зависти. Она была хороша – поджарая, словно гончая, но в то же время хрупкая и изящная. Голые загорелые ноги оказались перевиты ритуальными узорами, нанесенными краской и тонкой иглой. Прижавшись к спине лошади, она гнала зверя по загону, изматывая его, и казалась воплощением мечты. Князь был совершенно очарован тем, как она играючи справлялась с бешеным зверем, который грозился вот-вот скинуть Сугар со спины и раздробить голову огромным копытом.

Красоте Сугар с картины, увитой луговыми цветами, могли позавидовать звезды. Настоящая Сугар была еще прекраснее, и Лоркан выглядел почти влюбленным. Я кусала губы, глядя в сторону и услышала, как царь Шона произнес, не скрывая отеческой гордости:

– Она красива, умна и сильна. Разве это не лучшие качества для жены?

Внутри меня что-то возмутился, но стоило признать, что Шона был прав – именно такая женщина должна была следующей княгиней Аралионской, верной супругой и ближайшим другом Лоркану. Той, с кем он сможет разделить свои тревоги и печали, радости и торжества. С ней, а не со мной.

Сердце мучительно сжалось, и я хрипло выдохнула, начиная задыхаться от чувств, которые меня обуревали. Их гремучая смесь была похожа на кислоту, которую выплеснули мне в лицо, вот только разъедала изнутри. И от приступа боли на глазах выступили слезы. Марна сжала мою руку, напоминая, что я не одна, что рядом есть еще люди, готовые подставить свое плечо. Но легче от этого, конечно же, не стало.

Животное сдалось под натиском Сугар, которая крепко держалась на его спине. Склонило голову, признавая чужое превосходство, и уже не пыталось сопротивляться. Весь запал и коварство испарилось, оставив после себя только покорность. Сугар довольно потрепала его по холке, прежде чем упруго соскочить на землю и передать повод в руки Птичьего Пера. А затем она направилась к нам.

Царевна знала, что за ней наблюдают, но в ней от этого не прибавилось ни кокетства, ни смущения. Оказавшись с Лорканом лицом к лицу, она взглянула ему в глаза и больше не отводила взгляда.