Свадебный венок

Мы сделаем тебе укольчик, чтобы ты заснул, – пропела она приторно-сладким голосочком профессиональной сиделки, успокаивающей капризного пациента.

– Черта с два, – рявкнул Зак.

– Распоряжение доктора Дэниэлса. Если ты так настаиваешь на том, чтобы остаться в этой палате, пожалуйста, оставайся, но только спящим. Ну а теперь будешь ты вести себя как пай-мальчик или же нам придется прибегнуть к помощи санитаров, попросив их тебя подержать?

Она не сомневалась, что в эту минуту Зак с наслаждением придушил бы ее собственными руками. Никому не позволено безнаказанно манипулировать Заком Прескоттом.

Зак перевел взгляд с Камиллы на сиделку. Та стояла рядом, выражая собой непреклонную решимость солдата перед боем. Накрахмаленный белый халат туго обтягивал сверхъестественных размеров грудь. Камилла заметила, что, несмотря на весь свой гнев, Зак нервно сглотнул, стоило его взгляду упасть на шприц со снотворным в мускулистой руке сиделки. Камилла снова едва не рассмеялась.

– Зовите на помощь хоть самого Гиппократа, а я никаких ваших проклятых уколов не потерплю, – на его скулах заиграли желваки, а кулаки судорожно сжимались и разжимались. Камилла уже знала, что обозначают эти признаки. Зак был на грани взрыва.

– В таком случае мы можем предоставить тебе право выбора, – она повернулась к сиделке. – Пожалуйста, привезите кровать.

Сиделка надменно фыркнула и, повернувшись, бесшумно вышла из палаты. Она двигалась с проворством, неожиданным для женщины ее комплекции.

– По распоряжению доктора Дэниэлса сюда сейчас привезут постель на колесиках. Я обещаю, что, пока ты будешь спать, я глаз не сведу с мистера Прескотта. Придется тебе, Зак, поверить мне на слово. Тебе необходимо хоть немного отдохнуть, не противься. Сделай это, ну хотя бы ради отца. Думаешь, он обрадуется, если ты свалишься от истощения? Он так разволнуется, что ему обязательно станет хуже. Кроме всего прочего, я обещала ему позаботиться о тебе и твердо намерена выполнить обещание.

Зак вздохнул и запустил пальцы в спутанную шевелюру:

– Но ты обещаешь мне, что всю ночь глаз не сомкнешь?

– До самого, утра, пока ты не проснешься, – заверила девушка.

Дверь бесшумно отворилась. Санитар вкатил в комнату кровать, поставил ее у стены и так же бесшумно удалился.

Зак бросил быстрый взгляд на Камиллу, а затем на неподвижную фигуру отца на больничной постели. Как ни странно, но Рейборн Прескотт проспал все эти словесные баталии сном младенца. Плечи Зака поникли, а на лице отразилось смирение. Он криво улыбнулся и скрылся в ванной, плотно закрыв за собой дверь. Камилла опустилась в мягкое кресло, обтянутое кожзаменителем, приготовившись к ночному бдению. Вскоре Зак вышел из ванной, погасив там свет, и скептически уставился на хлипкую кровать.