Черный пудель, рыжий кот, или Свадьба с препятствиями

– Во-первых, не арестована, а задержана, – дотошно поправил Макар. – Во-вторых, вы свое отшутили, теперь наша очередь.

– Надо ж было додуматься унести тело, – поддержал Бабкин. – Пусть теперь попробует объяснить Хлебникову мотивы.

Макар, соглашаясь, угумкнул по-совиному и пересел к печке на пол.

– И заодно расскажет, как труп оказался на крыше навеса!

– Она не знает! – простонала Саша.

– А у меня одна догадка имеется, – внезапно сказал Макар. – Убийца следил за вами, когда вы наткнулись на труп. И поскольку старушка была ему дорога как память, он перепрятал ее от вас, без пяти минут осквернительниц могил. Мало ли, думает, надругаются еще…

– Иди нафиг, – обиделась Саша.

Муха взвыла, как истребитель на взлетной полосе.

– Убейте ее кто-нибудь, – лениво попросил Бабкин и покосился на Макара.

– Хватит с нас насильственных смертей!

– Я тебе за это пирога дам. Грибного.

– А пиццы?

Сергей немного подумал.

– Могу и пиццы."

"Илюшин поднял голову. За пиццу он готов был душу продать. Может быть, не свою, но чужую-то уж точно.

– Закрытую, – уточнил Бабкин. – С грибами и с луком. Называется «грибной пирог».

Макар разочарованно вздохнул. Муха, испуганно притихшая на секунду, зажужжала с новыми силами.

Саша без аппетита пила сваренный Бабкиным кофе: отличный кофе, надо сказать. Но она нутром ощущала, что радоваться вкусу, когда подруга томится в тюремных застенках, не имеет права. Бабкин раскладывал перед собой костяшки домино, Илюшин заинтересовался кочергой и рассматривал ее со всех сторон. Вот уж кто разрешал себе любые эмоции вне зависимости от происходящего.

Бабкин выстроил из костяшек змейку и щелкнул по крайней. Змейка с тихим треском повалилась.

– Саш, Галка призналась следователю, что она перепрятывала труп?

– Понятия не имею, – отозвалась расстроенная Стриж. – По-моему, даже она сама не знает, что может выкинуть. Господи, как вспомню ее идущей через лес со старушкой на плече!

– Вам еще повезло, что убили не патриарха, – заметил Макар, постукивая кочергой по листу оцинковки.

– Это почему? – заинтересовался Бабкин. – Он что, увесистый?

– Он с коляской!

– Так укатили бы его куда-нибудь – и с концами!

– Верно. Не подумал.

– Мы бы его и увозить бы не стали, – огрызнулась Стриж. – Привязали бы к коляске и посадили за столом как живого. Галка предлагала проделать это со старушкой.

Илюшин с Бабкиным переглянулись.

– Серьезно, она хотела посадить труп за свадебный стол? – не поверил Макар.

Саша молча кивнула.

– Это зачем же?

– Пахом Федорович отказывался продолжать празднование без Елизаветы.

Макар некоторое время осмысливал, и видно было, что он впечатлен.