Суворовец

– Секир башка, говоришь? – Алексей подошел поближе к начальству. – Исмаил-ага! Что, такой сложный отчет?

– Да не то чтобы сложный, – задумчиво протянул хаджегян. – Просто большой. Тут, по сути-то, несколько отчетов. Мы их все делаем, но каждый в свое время. А тут… Почему такая спешка – понятно. Ищут крайних за урусутский рейд. Найдут… Ох, секир башка-а-а!

– Горе нам, горе! – тут же подпели писцы. – Горе-горюшко!

– Да ну вас! – не выдержав, Алексей прервал вой грозным окриком, вовсе не подобающим скромному помощнику чиновника. – Вот ведь, развылись, как волки. Что, дядюшка Исмаил, неужели бумажку за ночь не напишем?

– Можем и не успеть… Эх! Нам хотя бы сутки… Не даст! Этот Дели-Барыш шайтан тот еще!

Поправив тюрбан, хаджегян смачно плюнул в угол.

– Дели-Барыш, говоришь? – тут же навострился Ляшин. – Имя какое подходящее! Барыш! Так вы его знаете?

– Да уж знаю, приснись ему ифрит! – тут Исмаил-ага витиевато, по-турецки выругался. Наверное, хорошо и весьма заковыристо – Мурад не стал переводить, лишь восхищенно свистнул… И тут же получил от дядюшки хорошую затрещину!

– Ты что тут рассвистелся, шайтан?! А ну-ка, быстро кинулся к финансовым отчетам! Чтоб к вечеру все нашел.

– Слушаюсь, дядюшка! Ага!

– Ты, Орхан, беги со всех ног в крепость! Пушки там посчитай да расспроси, что как…

– Слушаюсь, ага!

– А вы, парни… Хм…

Хаджегян задумался, прикидывая, как и что лучше сделать.

– Исмаил-ага! – воспользовавшись заминкой, осторожно молвил Алексей. – А что этот шайтан-курьер любит? Ну, какие у него слабости? Может, ему это… бакшиш?

– На бакшиш у нас денег нету, – начальник скромно потупил глаза. – Дели-Барыш считается неподкупным. Потому что берет много – вот не все и дают.

– А может, не деньгами, а разными там приятностями? Я вот и спросил, что он любит?

– Что любит? Стихи!

– Стихи?! – Ляшин не поверил своим ушам. – Эта вот держиморда – стихи?

– Да был такой поэт Рагиб-паша, – махнул рукой Исмаил-ага. – Фривольности разные писал. Про девок, про вино да про песни! Про любовь само собой…

– Какой-какой поэт, дядюшка? – заинтересованно обернулся юный Мурад.

– Э, ш-шяйтан! – Исмаил-ага погрозил племяннику кулаком. – Рано тебе еще! Отчеты нашел уже?

– Ищу, дядюшка, ищу!

– Смотри-и-и, скоро палки отведаешь! Ой, горе нам, горе! Секир-башка-а-а…"

"– Ага… значит, девок и вино курьер тоже любит, – без всякого уважения прервал стенания начальства Ляшин. – Раз уж такие стихи…

Исмаил-ага тут же насторожился:

– Говори, говори, Али-Урус!

– А что зря говорить-то? – усмехнулся Ляшин. – План простой…

* * *Возникший только что план и впрямь казался простым и – ввиду своей простоты – вполне осуществимым.