Суворовец

Часть моих людей, как видно, погибла, или…

– Ваши люди… Сколько? Кто? – деловито уточнил турок. Остальные сипахи молча гарцевали рядом. Совсем небольшой отряд. Всего-то дюжина человек – разъезд.

– Да… – приказчик раскрыл было рот и тут вдруг увидел выходящих из лесу погонщиков. – Все вроде целы… Кроме… А где ребята? Помощники где?

– Так они во-он к тому дубу рванули… Может, прячутся до сих пор.

– Вы бы велели потрубить в трубу, господин лейтенант! – с поклоном улыбнулась Бояна.

Эфенди нахмурился:

– Молчи, бача! Сам знаю…"

"Повернулся, щелкнул пальцами… Один из сипахов вытащил из-за пояса сверкающую трубу, приложил к губам, заиграл какой-то победный марш!

Из лесу никто не явился…

– К дубу, говорите? – турок спешился, его примеру последовали еще четверо. – Пойдем-ка, глянем…

У старого раскидистого дуба что-то произошло. Примятая трава, раздавленные желуди, следы копыт… даже обрывки веревки!

Эти-то обрывки и привлекли внимание эфенди. Наклонившись, щеголь лейтенант поднял веревку, понюхал, едва ль не попробовал на вкус…

– Морская веревка… Такой обычно вяжут пленных.

– Так я и знал, господин лейтенант, – горестно вздохнул Серкан. – Не за медом они явились и не за рыбой. За людьми!

– Ну да, это людокрады, – эфенди согласно кивнул и что-то крикнул своим. Распорядился.

– Поиск мы сейчас проведем, но… вряд ли кого поймаем. Это – шайка Кривого Абдуллы. Он вырос в этом лесу. Искать разбойников здесь бесполезно.

– Кривой Абдулла… – удивленно протянул приказчик.

– Вы что же, о нем не слышали?

– Ну… так… Что-то болтали люди.

Ах, права оказалась Бояна, права! В одном слегка ошиблась – не простые разбойники, а людокрады! Не на мед да сушеные рыбу позарились – на молодых парней. Продать их можно было контрабандой, тайным работорговцам, что не брезговали никаким живым товаром, даже из числа подданных его величества султана Абдул-Хамида, да продлит Аллах его годы.

Надо отдать должное, командир сипахов тщательно записал приметы украденных подростков, обещав передать их на ближайшем постоялом дворе – стражникам или янычарам.

– Как хоть еще и тебя не украли, – прощаясь с эфенди, Серкан глянул на Бояну.

– Так я же не одна была, – девушка с признательностью глянула на Алексея. – Вон, с какой защитой!

– Ты и сама хоть куда защитница! – мрачно усмехнулся Ляшин. – Где так ножи метать научилась?

– Научилась… – девчонка отвела глаза. – Хочешь, тебя научу?

Вообще – да! Умение владеть оружием – холодным и огнестрельным – в эту эпоху было бы явно не лишним, вполне пригодилось бы. Что там махать кулаками против того же ятагана или сабли?

Кроме Тимофея, злодеи убили одного из погонщиков, тоже христианина. Обоих похоронили в Базарджике, у небольшой церкви.