Суворовец

Просто махнула рукой…

…и Весельчак Керим вдруг затих, жирное тело его обмякло, на лысине возникло какое-то темное пятно… кровь!

Так она его камнем, что ли? Похоже, что так. И?..

Девушка быстро освободилась от пут, натянула шальвары и разорванную на спине сорочку… Осторожно выглянула из беседки… Ну, и куда теперь?

– Бояна! – скрывавшийся в ветвях карагача Ляшин протянул вниз палку. Ту самую, что прихватил для отвода глаз. – Хватайся… Лезь! Живее!

Бояна не стала долго думать – видать, деваться-то ей все-таки было некуда. Ухватившись за палку, подтянулась и… едва не сорвалась. Хорошо, спаситель успел схватить ее за руку…

– Давай, давай… оп… Молодец!

– Алексей! – округлила глаза дева. – Ты… Ты как здесь?

– Потом расскажу… Давай вниз. Быстрее!

Вечерний намаз уже закончился, солнце зашло за горами, селенье и крепость погрузились во тьму. Лишь у ворот неровно горели факелы ночной стражи.

– Как спина?

– Терпимо.

Взяв девушку за руку, Ляшин повел ее по узенькой тропке, спускающейся к реке меж крутых утесов. Шагал уверенно, быстро – знал, куда идти, навострился за время подачи сигналов «огненной азбуки».

Бояна шла молча, не стонала, не выказывала никаких опасений. Наверное, ей теперь было все равно, куда и с кем идти. Лишь бы подальше от дома убитого… Хотя не факт, что она убила Весельчака Керима. Скорее, просто оглушила. Тем не менее, что так, что эдак – для беглецов никакой разницы! Поймают – кожу сдерут с обоих. Или камнями побьют.

Позади, в селении, вдруг послышались крики. Похоже, слуги обнаружили тело хозяина. Грянул пистолетный выстрел! Залаяли цепные псы. Да уж, если пустят собак – совсем плохо дело. Впрочем, вряд ли собак смогут спустить с утесов к реке. Да и до грота не доберутся… Грот…

В крепости, на башнях, запылали факелы, также вспыхнули факелы у пристани, по берегам вдоль реки.

– Никуда мы не убежим, – обреченно прошептала Бояна. – Там караулы везде…

Эх, слишком быстро все! Слишком уж быстро опомнились турки, слишком быстро обнаружили Весельчака… Выходит, слуги все же подсматривали иногда!

– Сюда!

Беглецы свернули к гроту. Затаились, переводя дух. Алексей осторожно выглянул, посмотрел вниз, на реку… С ближних мостков донеслись возбужденные голоса, задрожали, отражаясь в воде, оранжевые отблески…"

"– Сейчас не уйдем, – негромко пояснил Ляшин. – Надо выждать… чуть-чуть…

Бояна, впрочем, не согласилась:

– Они не уйдут. Будут всю ночь караулить. А на рассвете прочешут все.

Однако же беглецы не дождались рассвета. И вовсе не потому, что сумели бежать. Снизу, слева, справа, в трех, в пяти шагах от грота вдруг вспыхнули факелы!

Все-таки обнаружили!

– Только не надо метать в нас ножи, господин капрал! – прозвучал чей-то знакомый насмешливый голос. Говорили, между прочим, по-русски.