Суши с хлебом (СИ)

У меня есть такие знакомые, у которых сыновьям дано больше свободы, чем дочкам.

Жалко девчонок, что пиздец.

У меня тоже дочка, но, мне кажется, я не смогу и не стану ограничивать круг её общения. По крайней мере, в клетке я её запирать точно не хочу. Да и от всего не убережешь.

Но я всегда готов и буду готов до последнего своего дня начистить рожу её обидчикам. Даже если это пятилетний пиздюк из песочницы у дома.

Или я так рассуждаю только потому, что к моей дочке пока никто не проявляет типично мужского внимания в силу её возраста?

В любом случае, тот пятилетний пиздюк меня тогда очень сильно выбесил. Все куличики её сломал. Ушлёпок. Я тоже их, вообще-то, делал.

Посмотрел на Соньку и понял, что она совсем поникла. Вероятно, я ненароком всколыхнул не лучшие её воспоминания.

Надо исправляться.

Отставив свою бутылку с пивом, я вышел из-за стола.

— Подожди минуту, — бросил я, уходя в дом.

Сонька молча кивнула, так и не посмотрев в мою сторону.

В доме на кухне я набросал в старую мамину корзину кое-каких продуктов, в шкафу в зале взял старое покрывало и плед, толстовку для Соньки и вышел на улицу к беседке.

Сонька так и сидела, как я её оставил. Надеюсь, хоть слезу пустить не успела.

— Чё сидишь? Собирайся, пойдём, — произнес я нарочито командирским голосом, складывая в мамину корзину всё, что было на столе.

Пиво, так уж и быть, понесёт Сонька.

— Куда пойдём? — светлые глаза шокировано посмотрели на меня снизу вверх.

— Выпускной тебе делать, — бросил я, не глядя на неё. — Набухаешься, как нормальная выпускница. Рассвет встретишь, поссышь в кустах, поблюёшь в них же. Веселуха!

— Вы… ради меня?! — вот теперь её глазки загорелись так, как мне и хотелось изначально. — Матвей, вы…!

— Мы, — кивнул я. — Собирайся. С тебя пиво.

— А куда мы пойдём?

— На берег, конечно. Костёр, палатка, все дела…"

"Дальше последовал непереводимый бабский писк, после которого с виду хрупкие девичьи руки обхватили мою шею так крепко, чтобы точно придушить в знак благодарности.

— Спасибо! — верещала Сонька в самое ухо.

— Пиво, Сонька. Пиво, — напомнил я ей, пытаясь с себя стряхнуть.

Глава 33. Матвей

Никогда бы раньше не подумал, что обычный костёр, разведенный на берегу реки, способен превратить городскую неженку в первобытного человека, впервые увидевшего огонь.

Я не услышал от Соньки ни одного внятного слова. Она ходила вокруг костра и пялилась на него, как на чудо чудное, диво дивное. Какие-то вопли, конечно, исходили от неё. Но это что-то вроде «У!», «О!», «ОУ!».

Небогато.

Пожалуй, раскладывание палатки-лягушки отложу немного на потом. Сейчас она насмерть может охренеть. Пусть от костра для начала отойдёт. Во всех смыслах.

— Волосы сейчас спалишь, — пришлось поймать девчонку за руку и немного оттащить от пламени.