Суши с хлебом (СИ)

Эта пытка слишком потрясающая, чтобы заканчиваться.

Подушечки его пальцев скользнули вниз к заветному треугольнику и лишь слегка коснулись половых губ. А затем повторяли это движение снова и снова, заходя всё дальше, пока я сама не раздвинула ноги.

Окончательно поняв, что я не против, Матвей с жадностью приник к моим губам и поцелуями стремительно проложил дорожку вниз.

— Ты чего?! — испугалась я и даже попыталась свести ноги, когда поняла, что Матвей хочет языком коснуться мокрых складочек. — Не надо там…

— Да? — ехидно переспросил он и демонстративно наклонился, коснувшись языком набухшего клитора. В моих глазах вспыхнули звезды, а тело блаженно содрогнулось. — И даже так не надо?

— Заткнись и делай, — выдохнула я хрипло.

До этого момента я была уверена, что его язык способен вытворять чудеса только у меня во рту и на груди, но то, что он прямо сейчас вытворял своим языком вокруг клитора, несравнимо ни с чем.

Мне понадобилось, наверное, всего несколько секунд на то, чтобы крупной дрожью рассыпаться под гнётом умелого мужчины.

— Офигеть! — только и смогла я выдохнуть в конце, глядя в темный потолок. — А можно ещё?

— Моя очередь, — хохотнул Матвей и навис надо мной.

Я почувствовала, как к моему бедру прижался его горячий член. Я понимала, чего он ждёт и к чему клонит (успела кое-что погуглить, пока мылась в бане).

— Давай, — я сама раздвинула ноги пошире и вздрогнула, когда его головка потерлась о влажное лоно.

— Уверена? — шепнул Матвей и ласково поцеловал в губы. — Будет больно.

— Я тебе доверяю.

Кажется, именно этих слов он от меня и ждал. Вновь вскружив голову поцелуем, он плавно вошёл в меня и замер, почувствовав, как я напряглась под ним.

— Остановиться? — шептал он, осыпая мою шею поцелуями.

— Нет. Пихай свою птицу дальше.

Я стиснула зубы, понимая, что эту боль нужно просто перетерпеть.

Матвей начал двигаться во мне, постепенно наращивая темп. Он был настолько нежным, что я иногда забывала о боли и просто таяла под его ласками."

"Если не считать орущего за дверью кота, которого не пустили в комнату, всё было идеально. Я даже не смутилась тому, что Матвей кончил в меня, а вот он, кажется, разозлился на это обстоятельство.

— Блядь! — выругался он, отвалившись на спину рядом со мной. — Надо было в халат.

— Как сильно ты не любишь эти халаты, — усмехнулась я.

— Их много. Одним можно и пожертвовать.

— Кстати, ты же не против, что я побрилась твоим станком?

— Каким станком?

— В бане лежал.

— Там был станок?

Глава 45

Трижды за ночь. Но, кажется, именно на третий раз я начала понимать смысл удовольствия, когда мужчина внутри.

Солнце ярко светило через окно. Половина кровати, где спал Матвей, была пуста.