Месть сурка

Провожая взглядом спину поклонника, Гилдерой скривился и отряхнул домашнюю мантию. Ладно бы его обнимала очаровательная девушка, а тут здоровый мужик. Он стерпел это. Перед столь щедрыми поклонниками всегда следует оставаться прекрасным символом.

— Всего три часа! — захлопнул он дверь и рванул в дом собирать вещи. — Вот же нюня! Мог бы и раньше сделать подарок. Теперь нужно срочно собираться. Так, где моя фиалковая мантия?

В этот момент Дункан отдалился от дома писателя на достаточное расстояние, чтобы незаметно для владельца коттеджа достать пакетик и спрятать туда несколько светлых волосков.

Кабинет Альбуса Дамблдора представляет собой просторную круглую комнату с множеством окон, по стенам которой развешены многочисленные портреты бывших директоров и директрис школы. Он был заполнен разнообразными столиками с кручёными ножками, на которых умещались хрупкие серебряные приборы; одни постоянно трещали и звякали, другие пыхтели и выпускали струйки дыма. Здесь также нашли себе приют магические фолианты и рукописи, составившие личную библиотеку профессора Дамблдора, омут памяти и золотисто-алый феникс, сидящий на жёрдочке возле директорского стола.

Ровно в назначенное время в десять утра в камине вспыхнуло зелёное пламя, и оттуда вышел Гилдерой Локхарт в фиалковой мантии. Он сразу озарил улыбкой длиннобородого старца, который восседал в резном кресле, похожем на трон.

— Доброе утро, директор Дамблдор. Рад, что вы откликнулись на мою просьбу.

— Это я рад тому, что в школе будет преподавать столь именитый волшебник, — кивнул ему Альбус. — Присаживайся, мой мальчик. Бедняга Квиррелл, с ним так не вовремя произошла эта печальная история. Найти за короткий срок нового преподавателя защиты от тёмных искусств весьма непросто.

— Грустно, когда молодые волшебники покидают нас, — о грусти ни намекало ничто в образе Гилдероя: ни широкая улыбка, ни задорные глаза, ни счастливое выражение лица. — Я как услышал об этой печальной новости, сразу понял, что просто обязан рассказать студентам о своих подвигах и передать им свой огромный опыт.

— К-хм… — Дамблдор едва сдержал улыбку. — Конечно, мой мальчик. Минерва сейчас готовит к рассылке студентам списки литературы на новый учебный год. Надеюсь, у тебя есть наготове рекомендации по учебникам?

— Конечно! Без сомнений! — сильнее прежнего засияла улыбка Гилдероя. — Для этого нет лучшей литературы, чем мои книги! Я рекомендую к приобретению всеми студентами в качестве учебников все мои сочинения.

— Я передам Минерве, — ухмыльнулся в бороду директор. В его глазах за очками-половинками промелькнул весёлый блеск. — Мой мальчик, ты случайно не увлёкся тёмными искусствами?

— Что вы?! Нет! Конечно, нет.