Сумерки. Сага. Закат (СИ)

==========

Комментарий к Глава 14. На грани реальности.

Глава, в которой жизнь Нила навсегда изменилась. Как и жизнь Эндрю.

Это была самая тяжелая и самая грустная для меня глава из всех написанных. Я редко плачу над своими же текстами, но тут не смогла удержаться.

Желать приятного прочтения было бы слишком жестоко, поэтому просто спасибо всем, кто собирается это прочитать!

P.s. Если вдруг кому интересно, то песня, под которую я это писала вот: The Boy - Someday. Слова не то чтобы подходят, но атмосфера однозначно в точку.

Нил очнулся от ощущения, будто его бросили в горящий костёр. Он в ужасе распахнул глаза, пытаясь понять, в какую сторону ему нужно бежать, чтобы спастись от этой боли, но перед глазами оказалось только искажённое страданием лицо Эндрю.

Джостен не знал, сколько времени он пролежал без сознания, но ему показалось, что он все еще находился на стадионе.

Нил вдруг страшно испугался, что огонь внутри него навредит Эндрю, он попытался отпозти, но холодные руки крепко держали его за плечи и голову.

— Отпусти. Не трогай меня.

Его голова немного дернулась в сторону, будто пол под ним слегка содрогнулся. Но в следующий момент Нил понял, что это был вовсе не пол. Он лежал на коленях Эндрю, и это именно он дернулся, заставляя голову Джостена съехать немного на бок. Скулу пронзила страшная боль, и он тихо захрипел, будучи уже не в состоянии кричать.

— Прости, Нил, но сейчас я не могу отпустить тебя. Иначе тебе станет только хуже. Позволь мне быть рядом, я ничего тебе не сделаю, обещаю.

Но Нил снова попытался откатиться в сторону. Жар с каждой секундой становился все сильнее, а боль в сломанных ребрах и ноге отходила все дальше на задний план, пока не перестала ощущаться вовсе. Остался только страшный всепоглощающий огонь.

Лицо Эндрю пропало из поля зрения Нила, и это одновременно обрадовало и ужасно напугало парня.

— Эндрю, где ты? Не уходи!

Голос его наваждения прозвучал совсем рядом, но Эндрю больше не пытался его касаться:

— Я здесь, я рядом, Нил.

Джостен успокоился и попытался прислушаться к окружающим звукам. Откуда-то издалека доносились крики, рядом постоянно кто-то проходил, но голоса Эндрю больше не было слышно. Затем исчезло и все остальное, и создалось впечатление, что Нил оглох.

Огонь распространялся по телу и сдерживать крики стало слишком сложно. Он тяжело застонал и больше не смог прекратить. Теперь он лежал, тихо поскуливая, пытаясь расслышать рядом любимый голос.

— Эндрю, тут так тихо. Почему ты молчишь? Злишься, что я обжег тебя?

— О чем ты говоришь?

— Ты разве не видишь? Я горю. Я не хотел, чтобы тебя тоже задело.

В то же мгновение холодные руки вернулись на прежнее место, а лицо Эндрю вновь возникло перед глазами Нила.

— Его чувствуешь только ты, Нил. Это мой яд, и он изменяет тебя.