Сумерки

Мне нужно было еще так много обдумать, так много узнать у него. Но тут, к моему смущению, у меня заурчало в желудке. Я была настолько поглощена разговором, что даже не замечала, что мне хочется есть. А теперь поняла, что голодна, как волк.

— Извини. Я не даю тебе поесть.

— Я в порядке, не волнуйся.

— Я еще никогда не проводил столько времени рядом с кем-то, кому нужна человеческая еда. Я забыл.

— Хочу, чтобы ты остался.

Было гораздо легче сказать это в темноте, потому что я знала: мой голос выдаст и меня, и мою безнадежную наркотическую тягу к нему.

— Я мог бы войти? — спросил он.

Я не представляла себе, как это богоподобное создание усядется на обшарпанный кухонный стул моего отца.

— Да, если ты не против.

Я услышала, как тихо закрылась водительская дверь, и почти в тот же миг он открыл пассажирскую дверь для меня.

— Очень по-человечески, — похвалила я его.

— Да, что-то определенно всплывает.

Он шел рядом со мной в ночи так тихо, что я все время косилась в его сторону — убедиться, что он здесь.

В темноте он был гораздо больше похож на человека. По-прежнему бледный и прекрасный, как видение, он уже не был тем сверкающим фантастическим существом, которое я видела в полуденном солнечном свете.

Он обогнал меня и открыл передо мной входную дверь. Я остановилась в проеме.

— Дверь была не заперта?

— Нет, я взял ключ под карнизом.

Я вошла в прихожую, включила свет на крыльце и повернулась к нему с поднятыми от удивления бровями. Я совершенно точно не пользовалась ключом в его присутствии.

— Мне хотелось узнать о тебе побольше.

— Ты шпионил за мной! — мне не удалось пропитать этот возглас должным количеством негодования. Я была польщена.

Он даже не думал раскаиваться.

— Что еще делать по ночам?

Я решила пока смолчать и отправилась на кухню. Он был уже там — показывать дорогу ему явно не требовалось. Он сел на тот самый стул, на котором еще пару минут назад я тщетно пыталась его себе представить. От его красоты в кухне словно стало светлее. Я мгновение полюбовалась этой картиной, а потом занялась ужином.

Достав из холодильника вчерашнюю лазанью, я отрезала кусок и поставила его разогреваться в микроволновку. Тарелка завертелась, наполняя кухню запахом томатов и орегано.

— И часто? — небрежно спросила я, не сводя глаз с тарелки с лазаньей.

— А-а... что? — кажется, я оторвала его от каких-то важных мыслей.

— Часто ты сюда приходил?

— Почти каждую ночь.

Я резко развернулась и удивленно спросила:

— Ты очень интересная, когда спишь, — спокойно произнес он. — Ты разговариваешь.

— Нет, — выдохнула я и покраснела до корней волос. Чтобы не упасть, я схватилась за кухонную столешницу. Я знала, что разговариваю во сне, из-за этого мама часто дразнила меня.