Сумасшедший декабрь

"Сумасшедший декабрь

Наталья Шагаева

Пролог

У нее шикарная фигура, особенно когда она без одежды. Моя королева идеальная. Не худая, как это сейчас модно, но и без лишнего веса. Бедра, попка, талия, грудь, которая идеально ложится в мою ладонь.

Она встает с постели, безжалостно лишая меня своего тепла и запаха жасмина, на который я подсел, как гребаный наркоман. Совершенно не стесняется, без ужимок, раскована. Снимает с себя растерзанный мной боди. Тишина давит на виски, а ведь еще ночью мою спальню наполняли наши стоны, крики, слова, звуки бешеного секса, которые до сих пор стоят у меня в ушах.

Бесит тот факт, что она покидает нашу кровать, чтобы уйти к другому. Но я стискиваю до боли челюсти, почти кроша зубы, пытаясь перетерпеть. Внутри нарастает броня, которая блокирует все мои порывы разнести все к чертовой матери. Облокачиваясь на мягкую спинку кровати, продолжаю наблюдать.

Мне нравится вид этой женщины сзади. Ровная осанка, лопатки, бедра, длинные волосы цвета горького шоколада, бьющиеся об ее спину.

Беру с тумбы сигареты, прикуриваю, намеренно громко кидая металлическую зажигалку. Кристина не любит, когда я курю в постели, но сейчас не реагирует. Такая безразличная ко всему, словно неживая. Хочется встряхнуть ее и потребовать, чтобы не делала этого со мной… с нами.

Растерянно крутит в руках кружевную тряпочку и закидывает себе в сумку.

— Оставь! — я не хочу повышать голос, но выходит агрессивно.

— Что? — резко оборачивается ко мне. Ее шикарные волосы, в которые я так люблю зарываться, бьют ей по лицу и красиво рассыпаются по плечам. Смотрит на меня своими огромными карими глазами, а там столько горечи и сожаления.

Жалеешь, королева?

Противно тебе?

А я вот не жалею, мне было по кайфу, и я бы повторил все тысячи раз. Я бы жизнь отдал…

— Оставь мне мой трофей, — ухмыляюсь я. Выходит грубо и пошло. Я не специально, мне просто хочется сделать ей в ответ больно.

— Трофей? — выгибает брови. Достает боди и кидает мне. — Лови. — Ловко подхватываю лоскуты кружева, демонстративно подношу к лицу, вдыхаю, смотря ей в глаза. — Наслаждайся, — язвительно заявляет Кристина. В ее глазах уже нет растерянности, там ненависть, злость и пренебрежение. Так лучше. Так честнее. Жертва здесь, скорее, я. Она, и правда, никогда мне ничего не обещала. Это я сам напридумывал совместное будущее. И мне хочется биться головой о стену, завыть, как собака, которую бросает хозяйка. А ещё больше хочется никуда не отпускать эту женщину.

Она натягивает брюки на голое тело, долго возится с бюстгальтером, не в силах его застегнуть. Ее утончённые, красивые пальчики дрожат.

Встаю с кровати, тоже не смущаясь своей наготы, иду к ней. Цепляю бретели и сам застёгиваю. Забираю из ее рук персиковую блузку.