Сухарева башня

Оказавшись лицом к лицу с невысоким кудрявым Вениамином, который выглядел, как типичный маменькин сынок, и ни капли не походил на бандита, Иван на доли секунды растерялся и выстрелил чуть позже, чем следовало – когда Маховер уже тянулся за оружием. А надо было сразу же убить Вениамина и тотчас же гасить Бардышева, пока он не ушел с крыльца.

Ба-бах! Лука добрался до своего обреза (Опалин помнил из досье, что бандит предпочитал именно этот вид оружия) и выстрелил в него, но попал в дверь. Щепки брызнули во все стороны.

– Окружаем дом, окружаем, не мешкаем! – заорал Опалин, поймав кураж. Он хотел испугать противника и создать впечатление, что тут много агентов, но Лука ответил порцией грязных ругательств. В соседнем дворе лаяла и бесновалась собака.

Вторая пуля из обреза прошила дверь насквозь, а затем защелкал маузер. «Вот тебе и досье, монпансье», – глупо подумал Иван, скатываясь с крыльца. Он не был ранен, но сознавал, что преимущество позиции не на его стороне.

– Попробуйте взять меня! – крикнул Лука из дома и припечатал фразу крепкой бранью. Переведя дух, Опалин пополз вдоль стены к окну. Немного подумав, он убрал браунинг, достал из кармана гранату, выдернул чеку, швырнул гранату в окно и бросился за поленницу.

Сначала ему показалось, что он ошибся, сделал что-то не так и граната не взорвалась, но вот в доме что-то грохнуло, вылетели ставни, взметнулись занавески…

– А-а-а… – болезненно замычал человек, находившийся внутри.

Приблизившись к дому, Опалин с предосторожностями заглянул в окно. Бардышев лежал на полу и истекал кровью, потому что ноги ему оторвало взрывом. Несколько осколков угодило в живот, и зрелище было ужасное. Но, даже хрипя в агонии, он все пытался дотянуться до маузера, который выпал из его руки и лежал в шаге от него.

Ворвавшись в дом, Опалин ногой отбросил маузер. Лука взглянул на своего врага с непередаваемым выражением. Пес завыл в соседнем дворе, словно тут умирал его хозяин.

– Ненавижу… эту тварь… – с усилием вымолвил бандит, пару раз дернул челюстью и обмяк. Взгляд его застыл. «Закрыть ему глаза? – подумал Иван. Но ему не хотелось дотрагиваться до тела человека, которого он убил. – А, да ну его».

Он стоял, тяжело дыша, и пот струился у него по телу. Странным образом он ничуть не ощущал себя победителем. Двух бандитов он убил, но еще трое, включая Стрелка, оставались на свободе. Держа браунинг наготове, Опалин обошел дом. В одной из комнат он увидел знакомый патефон и закусил губу. «Значит, Сонька тоже тут квартирует, – констатировал он, найдя в шкафу женские вещи. – И они говорили, что ждут какой-то поезд. Ну-ну…»

«А ведь они вернутся сюда, – неожиданно понял он. – Вернутся, а у забора труп валяется… Нехорошо».