Судить буду сам

 – Почему друзья Азамата не повезли его туда?

– Где им было искать эту частную клинику, когда каждая секунда была дорога! Врачи сказали, что если бы его привезли минут на пять позже, он вообще мог умереть! Вы понимаете?! Все клиники должны быть нормальными больницами. Завтра меня туда могут привезти, вас… Почему не проверите, как наш областной медицинский министр платит своим докторам зарплату?

– Махмуд Сулейманович, мы проверяем… – на лице прокурора появилась снисходительно-досадливая мина. – А толку-то? Его близкий родственник работает во-о-о-н там… Попробуй, дернись! Если между нами, то в лучшем случае меня просто с работы снимут, в худшем – взлечу на воздух в своей служебной машине. В Поволжье – слышали? – какое-то время назад убили моего коллегу. И что же? Нашли каких-то раздолбаев, уровня владельца задрипанного заводишки, в виновность которых можно поверить только с большой натяжкой. А реально, говорят, он перешел дорогу какому-то оч-чень крупному человеку…

Эдильбеков искоса взглянул на официальные портреты, висящие за спиной прокурора, и устало провел по лицу ладонью.

– Кстати, Махмуд Сулейманович, я не буду допытываться, откуда взялись ваши капиталы после того, как вы несколько лет поработали руководителем одного из районных земельных комитетов… – после некоторого молчания вполголоса добавил прокурор. – Думаю, вы догадываетесь, куда могли деться те триста миллионов. И не только они.

– Возможно, я не святой… – обидчиво сверкнув глазами, парировал Эдильбеков. – Но могу поклясться на Коране, что ни копейки денег от больниц, от детей, от стариков в моих руках не было!

– Верю, верю… – прокурор чуть заметно кивнул. – Но тут каждый сам для себя устанавливает границу допустимого. Кто-то не перешагнет через детсад или больницу, а кому-то и погост – не преграда. Вы слышали? Вчера некий предприниматель по фамилии Рухлот оформил покупку земельного участка под строительство развлекательного Луна-парка. А участок этот – наше старое городское кладбище, треть могил на котором – мусульманские. Завтра-послезавтра по кладбищу пойдут бульдозеры, равняя всех под один ранжир – и православных, и правоверных, и иудеев, и атеистов…

– Впервые об этом слышу! – Эдильбеков явно был ошеломлен этой новостью. – Это чудовищно! Продать место упокоения людей под Луна-парк – немыслимое кощунство. Я подниму всю свою диаспору, мы встанем живой стеной!..

– Попробуйте… Может быть, остановить бульдозеры вам и удастся, – с сомнением обронил прокурор. – Только, Махмуд Сулейманович, постарайтесь сегодня же оформить бумагу на право проведения пикета, чтобы, боже упаси, не пригнали роту ОМОНа для разгона незаконно протестующих – а это вполне может случиться.