Судить буду сам

Нет, открыто об этом никто не говорит. Вслух это отрицается и опровергается. Но вот на деле… Кто не знает, что даже не самый крупный чин очень часто видит в доверенной ему доле власти не средство достойного труда на благо общества, а средство личного возвышения над прочими и шкурного обогащения? Что всякий, достигший определенной высоты материального достатка, видит в тех, кто этого достатка не имеет, людей второго сорта. А тех, кто богат духовно, кто не растерял совести в погоне за монетой, кто продолжает жить по законам нравственности, кто продолжает верить в силу добра, – «избранные» поименовали тухлым словечком «лох», уравняв духовное благородство с безграничной глупостью и слабостью.

Так было и при царе-батюшке, и при генсеках, и в не так давно провозглашенную пору «победившей демократии». Мир не меняется, несмотря на смену названий, лозунгов, идеологий и декоративных политических фасадов. Пока не будет внутренних перемен в тех, кто осуществляет политическую и административную власть, в тех, кто оказался на вершине имущественной «пирамиды», общество обречено переживать бунты, потрясения, социальные катастрофы…

Тем же днем в кабинете прокурора области появился хорошо одетый мужчина с чуточку надменным взглядом восточных глаз, в которых читались боль и тревога. Изложив суть своего визита – собственно, это было излишне, поскольку прокурор, хорошо зная гостя, сразу понял, с чем тот к нему пожаловал, – визитер в завершение добавил:

– Случившееся демонстрирует слабость нашей правоохранительной системы. Вам не кажется, что господин Чубареев на посту руководителя милицейского ведомства явно не справляется со своими обязанностями?

…О том, что его сын попал в реанимацию, Эдильбеков-старший узнал еще ночью и сразу же прибыл в больницу во главе целой делегации родственников и охраны. Он долго и дотошно выяснял у врачей, что, собственно говоря, могло стать причиной коматозного состояния, в которое впал Азамат, несмотря на все усилия специалистов. Интересовали его и прогнозы по поводу перспектив полного выздоровления сына.

Врачи от прогнозов воздерживались, поскольку еще не были получены результаты лабораторного исследования токсинов, занесенных в организм пострадавшего. На этом этапе лечение сводилось лишь к симптоматической терапии, нацеленной на сохранение основных функций организма. Будучи одним из весьма влиятельных людей областного центра, Эдильбеков не привык к неопределенности. Он жестко, в приказном порядке требовал от врачей немедленно «что-то делать», чтобы его сын в ближайшие часы был на ногах. Но те лишь беспомощно разводили руками.