Ключи судьбы

Сокрушалась осенью из-за свадьбы Горяны – дед и прочие родичи были недовольны. Горевала, когда расставалась с Малушей и Добрыней, но и тогда не упрекнула княгиню.

Предслава знала, почему ей суждена неизбежная разлука с двумя старшими детьми. И не возмутилась. Малуша замерла на мостках с корытцем соленых грибов в руках: вдруг подумалось, что мать предала отца и отцовский род своих детей. Потому что сама она… русь. В войне древлян и руси мать выбрала сторону своих родных, а не мужа, и осталась в стане победителей. Но детям ее досталась участь побежденных. Могла ли она что-то с этим сделать? Может, и нет. Но стало ясно: Малуше и Добрыне, если они не хотят остаться на всю жизнь холопами княжьей крови, придется помочь себе самим.

* * *"

"– Они, русы, стрелы заготовили такие особые: в наконечнике внутри пакля, а в ней трут горящий. Она летит, по пути огонь гаснет, а как воткнутся под кровлю, трут снова и разгорится. Всю ночь по Искоростеню этих стрелы пускали, будто птиц огненных, – и простыми луками, а еще был у них такой подсилок[21] хитрый греческий, чтобы сразу тридцать три стрелы метать…

– Стреломет, – поправила Малуша. – Токсобаллиста.

– Ох ты! – удивился Малко. – Откуда знаешь?

– От Добрыни. Он даже умеет управляться с ними и мне все про них рассказал. Свенельдич их пять таких из земли Греческой привез.

– И Добрыня, значит, умеет… – Малко даже примолк ненадолго, будто пораженный ее словами.

– Их учат. И что дальше?

– Дальше… И как эта бесова забава стрельнет, на Искоростень сразу три десятка стрел горящих падает. А тушить нечем – ни воды, ни снега, ни песка. Отбиваться – наши стрелы и не доставали до них.

– Да, токсобаллиста дальше стрелы мечет, чем простой лук.

– А огня олядного[22] воевода из греков не привез? Потом говорили, будто и он был.

– Нет. Говорил, у греков огнеметы бывали большие, на олядиях, а были маленькие, что в руках носили. Но там нужно смесь уметь делать, а никто не знал, из чего и как ее готовить.

– И от простого огня где-то потлело да и занялось, и уже полгорода пылало, а воды, чтоб тушить, ни ведра нет. Хочешь не хочешь… – Малко перевел дух. – Пришлось князю дружину вести навстречу этим… Думали, сами головы сложим, да хоть женам и детям дорогу из огня пробьем…

Он умолк, будто собирался с мыслями. Малуша жадно ловила каждое слово. Теперь она тоже сможет рассказать брату кое-что важное! А может, Добрыня все это уже знает? Ему могли поведать старшие оружники, кто был в войске княгини, когда русы брали Искоростень. Но едва ли Добрыня хоть раз в жизни встречал человека, который в той битве находился по другую сторону искоростеньской стены!

– И что? – подбодрила она Малко.

Она сама завела этот разговор.