Ключи судьбы

– Вон пошел! – встревоженная Векоша замахнулась на Малко. – Гоните прочь этого беса! Девка у нас пуглива, и так еле на ногах стоит!

– Не надо! – попыталась возразить Малуша.

Но ее не слушали: Благомысл с отроками устремились на толпу, древками копий отгоняя с дороги всех подряд. Малко прянул назад и скрылся среди бурых свит и нечесаных голов. А Малуша разрыдалась: теперь она и перед ним виновата, из-за нее увечный остался без хлеба!

* * *Когда княгиня с приближенными возвращалась из церкви, у Малуши не оставалось времени глазеть по сторонам. По большей части угощение готовили заранее, но еще оставалось работы – резать, раскладывать, разливать и подавать. Переменив платье с цветного на простое, среди прочей челяди она носилась между гридницей, поварней, погребом и клетями-медушами. И сегодня впервые за свою жизнь задумалась: ее ли дело – таскать деревянные блюда с луком и печеными яйцами на столы? Она – княжеская дочь, в жилах ее – кровь деревских князей и того самого Олега Вещего, родство с которым сделало Эльгу госпожой над всем этим. Так почему она, Малуша, не сидит на резном стульчике на возвышении, как эта егоза Браня, а суетится в толпе служанок – купленных рабынь?

Лишь сейчас она обратила внимание на эту несообразность. Но уже знала ответ. Даже поседев, они с братом останутся «отроками», младшими в доме, без воли и голоса. Дать волю им могла только Эльга.

И Малуша с новым чувством взглянула в лицо госпожи, после отдыха в избе занявшей свое место на возвышении. На высоком сиденье белого мрамора, привезенном из Греческого царства, она была будто сама Богоматерь, восседающая на облаках небесных. Не просто княгиня. Это ее, Малуши, судьба. Добрая? Злая? Малуша не знала.

Но теперь сама красота лица княгини, ее приветливая улыбка поражали Малушу ужасом. Госпожа земли Русской и не думала о совершенном ею девять лет назад. Она одолела своих врагов, погубила мужей, полонила жен и детей. Ей было больше нечего бояться, не о чем тревожиться. И уж верно, ее не беспокоила судьба Малуши – княжны-рабыни. В ее, Эльги, глазах все так и должно быть… Она была той суденицей, что спряла на своем золотом веретене участь Малуши, и она не станет ничего менять.

Бегая с блюдами и кувшинами, Малуша не могла отделаться от мысли – кто же тогда ей поможет? Князь? От него помощи ждать приходится еще меньше – он и не вспомнит о дочери давно покойного врага. Мать? Но она смирилась со своими потерями и нашла счастье в новом замужестве. Теперь Малуша пыталась отыскать среди воспоминаний детства признаки того, чтобы мать горевала о прошлом – слезы без видимой причины, тоска, жалобы… Но нет! Ничего такого не было! Мать горевала, когда у нее умирали младенцы, – во втором браке она потеряла двоих.