Покоренная судьбой

Даже если Амо заставит тебя поверить, что он может иметь что-то над тобой, поверь мне, он ничего не сможет сделать.

Папа, как, наверное, и все остальные, думал, что Амо положил на меня глаз и пытается манипулировать мной, чтобы я стала его женой. Они не могли представить, что я влюбилась в него.

Я посмотрела на дверь Амо и не была уверена, что правда улучшит его положение.

— Он помолвлен — сказал Алессио. — Возможно, он просто пытается повеселиться перед свадьбой.

Глаза отца вспыхнули.

— Он прикасался к тебе?

— Римо — мягко сказала мама, увидев мое выражение лица. Она взяла меня за руку и отвела в сторону.

— Грета, ты же знаешь, что можешь рассказать мне все.

— Между нами ничего не было. Мы только разговаривали, наслаждались обществом друг друга, вот и все.

Я не могла ни с кем поделиться нашим поцелуем.

Папа посмотрел на дверь Амо. Я рефлекторно шагнула к ней.

— Так это та сторона, которую ты выбираешь? — спросил

Алессио, его брови поднялись в вызове.

— Я не выбираю сторону, потому что мне это не нужно. Я всегда была и буду Фальконе. Лас-Вегас — мой дом. Между мной и Амо ничего нет и никогда не будет. Я просто слежу за тем, чтобы мы не объявили войну Фамилии.

Отец обхватил мое лицо, заглядывая мне в глаза.

— Ты клянешься, что Амо ничего не сделал?

— Он ничего не сделал, кроме того, что попросил меня стать его женой. Он хочет укрепить Фамилию, я полагаю, и ему не очень нравится Крессида.

Отец посмотрел на меня еще немного, но, похоже, не смог распознать ложь, может быть, потому, что в этот раз я обернула ее в правду.

— Невио напал на будущего капо на нашей территории — сказал Нино. — Лука не будет впечатлен. Если мы не хотим войны, нам нужно рассмотреть наши варианты.

— Если Амо умрет во время операции, война будет, что бы мы ни делали — сказал папа.

Мое сердце сильно сжалось. Я не могла даже представить себе смерть Амо без желания последовать за ним в темноту.

— Амо не умрет — просто сказала я. — И Невио тоже. Они оба будут жить.

Мама взяла мою руку, провела большим пальцем по костяшкам пальцев, что всегда успокаивало меня, но даже это не помогало в моем нынешнем состоянии.

Папа взглянул на Нино. Я видела, что они считали войну неизбежной. Напряжение нарастало годами. В основном потому, что Невио и Амо терпеть не могли друг друга. Все ожидали, что война разразится, как только они оба придут к власти.

— Мне страшно, мама — прошептала я, когда папа, Нино, Массимо и

Алессио отошли, чтобы обсудить стратегию.

— Невио сильный. Он не умрет .

— Знаю — сказала я. — Ни один из них не умрет. Я боюсь своего сердца, того хаоса, который оно может устроить.

— Ничего. Невио напал прежде, чем что-то могло произойти, но Амо собирался поцеловать меня, и я бы ему позволила.

Мама не смогла скрыть своего удивления.