Судьба

В душе все идет по давно установленным им правилам. Роберт сам раздевает меня, сам моет, не позволяя ничего делать самой. И, как ни странно, мы только моемся. Иногда он все же дразнит, прикасается губами к шее, невзначай задевает мои затвердевшие соски.

– Значит, ты будешь выполнять все мои желания? – спрашиваю я, когда мы выходим из душа. Роберт молча кивает головой. Я беру его футболку, надеваю на голое тело, вижу, что мужчине безумно это нравится. Закатываю длинные для меня рукава, пытаюсь оттянуть ее ниже, потому что она еле прикрывает мои бедра. Роберт отдергивает мою руку.

– Так вполне хорошо, прекрати ее поправлять, – говорит он, запуская руку под футболку, поглаживает мою попку, чуть сжимая.

– Вот так мы поделили твою одежду, – усмехаюсь я. – Мне – футболку, тебе – джинсы."

"– Мне нравится, – смеется он в ответ. Я прохожу в спальню, расправляю кровать. Убираю одеяло, оставляя только белую простынь и подушки. Роберт стоит на пороге комнаты, с интересом наблюдая за моими действиями. Забираюсь на кровать и сажусь в позу лотоса.

– А теперь я хочу свое мороженое, мартини, шоколад и клубнику прямо сюда, – командую я, хлопая по месту перед собой. Роберт удивленно приподнимает брови, кривовато улыбается.

– Слушаюсь, Елизавета Андреевна, – отвечает он и уходит на кухню. А этот день рождения начинает мне нравиться.

Роберт возвращается с подносом, на котором стоит все, что я просила. Ставит его передо мной, садится рядом, облокачиваясь на подушки, наливает нам еще мартини, кидает лед.

– Можно внести кое-какие коррективы? – спрашивает он, передавая мне бокал.

– Смотря какие, – хихикаю я.

– Пьешь ты сама. Но ешь только из моих рук.

– Пожалуй, я соглашусь, – чокаюсь с ним бокалом, чуть отпиваю. Роберт тут же подносит к моим губам клубнику, съедаю ее, намеренно облизывая его пальцы. Роберт тут же целует меня.

– Вкусная клубника, – говорит он, отрываясь от моих губ.

– Да, но я хочу мороженое, – наигранно надуваю губы. Возле них тут же появляется ложечка с мороженым. Он кормит меня, не забывая после каждой ложки целовать. Сам ничего не ест, слизывает все с моих губ. Временами подливает нам еще мартини. – Помнишь, ты задавал мне вот здесь кучу вопросов про меня? – спрашиваю я.

– Конечно, помню, на тебе тогда был очень соблазнительный халатик, под который я запускал руки, а ты терялась с ответами, – говорит он, протягивая мне очередную клубнику.

– Теперь моя очередь задавать вопросы, – беру клубнику, подношу к его губам. Роберт захватывает ее губами, слегка прикусывая мой палец.

– Ну попробуйте, Елизавета Андреевна. Что именно вас интересует?

– Ну, например, когда твой день рождения?

– Еще не скоро, – отвечает он, подливая мне еще немного мартини.

– Когда? – настаиваю я.

– Весной.