Её несносный студент

Дальше тему не развиваем, переходим на рабочую, я здесь для этого.

Разбираем ТЗ, на этот раз окончательный вариант.

— Парни, больше менять ниче не будем, иначе мы работать не начнем, лучше сразу ща говорите, че не так.

— Все норм, Клык, больше дергать не будем.

— Ну смотрите, я поехал тогда.

Встаю со стула, закрываю крышку ноута и убираю в рюкзак.

Прощаюсь с парнями и спешу к машине. Домой хочу, к Александровне своей. Я соскучился, всю неделю пахал как вол, а теперь к ней, к своей малышке.

До дома добираюсь спустя долгих полчаса, приходится объезжать пробку, потому что какой-то дебил решил проскочить на красный, как результат — авария и затор.

По пути еще в цветочный заезжаю, беру букет белых роз, банально, конечно, но Ксюша их любит, а раз любит, значит надо дарить и не выделываться.

Уже на подходе к квартире чувствую, что что-то не так. Вроде нет причин, а что-то гложет, ощущение какое-то дурное.

В квартире стоит тишина и лишь спустя несколько секунд я улавливаю тихие всхлипы, доносящиеся со стороны кухни.

Бросив рюкзак и букет на пол, я практически залетаю в кухню, где застаю рыдающую за столом Ксюшу.

— Ксюша, малышка, Ксюш, — подхожу к ней, опускаюсь рядом на корточки, Ксюша, кажется, только сейчас меня замечает.

Распахивает свои красивые глаза, на меня в ужасе смотрит, спешно начинает стирать слезы.

Какого тут вообще происходит?

— Ксюш, что случилось?

— Давай ты не будешь заливать, еще скажи лук резала, или фильм грустный посмотрела. Рассказывай. Правду.

Она не торопится говорить, молчит, губы упрямо поджимает.

— Твой отец, приходил, — выдыхает тихо, — снова.

Что значит отец? И что значит снова?

— Не хотите присесть? — этот мужчина не меняется, все такой же самоуверенный, я бы даже сказала самовлюбленный. Сложно представить, что этот человек сумел вырастить такого необыкновенного сына. И зачем я только его впустила? Ни за что бы не открыла, знай, кто за дверью. Я ведь даже не удосужилась посмотреть в глазок, думала Егор в очередной раз забыл ключи. А когда открыла — стало поздно пытаться избежать разговора с отцом Волкова.

— Или может хотя бы чаю предложите?

— Я впустила вас в квартиру, этого достаточно, чай вы и дома можете попить, — я сама себя не узнаю, стальные нотки в голосе даже для меня становятся сюрпризом, не говоря уже о Волкове, гордо восседающем на диване в нашей с Егором гостиной.

Судя по удивленно приподнятым бровям мужчины, он совершенно не ожидал от меня подобной дерзости.

Я и сама не ожидала.

— А вы изменились, Ксюша, — он усмехается, вальяжно откидывается на спинку дивана и закидывает одну ногу на другую, всем своим видом показывая, кто здесь хозяин положения, источая полную в себе уверенность.