Струны черной души

В кои-то веки у меня появилось подобие личной жизни после двух лет, в течение которых я не знала, что такое закрытый туалет. С этим я справлюсь. Но…

Мне придется вернуться туда, в свой по-прежнему раскаленный ад. Схватить там голыми руками луч пламени и притащить его в сегодняшний день. Чтобы что-то осветить, чтобы остальное сжечь к чертовой матери.

Наверное, я бы еще долго не решилась, если бы судьба в очередной раз не подложила под меня бомбу. На этот раз в самом прямом смысле. Чтобы избавить от сомнений: час настал.

Вячеслав Михайлович Земцов сначала показался мне именно казенным, безразличным ментом, который ведет дежурное дело. Может, и не тупым — взгляд внимательный, неглупый. Но весь он — от макушки, где торчали вихры светлых волос, до носков немодных ботинок, — отталкивал саму мысль о доверии, о надежде на хоть какое-то понимание.

В моей голове пронеслись все варианты: срочно отказаться от идеи официального расследования, ограничить все только взрывом, не касаясь остального, главного, поставить какие-то свои условия, которые они не смогли бы нарушить…

На подоконнике безучастно сидел Сергей, любуясь видом двора-колодца.

Хорошо он оттенял своего соратника, обычный костюм которого смотрелся как серая, суконная шинель.

Сережа казался яркой дамской акварелью — синеглазый блондин на фоне облаков.

— Маргарита Викторовна, — начал Земцов, — нам легче всего начать разговор с того, что я обладаю достаточно полной информацией. У меня нет необходимости заставлять вас отвечать на формальные вопросы. Моя задача — подтвердить или опровергнуть ваши намерения. Сразу задам ключевые вопросы, ответить прошу в любом порядке. Вы готовы выступить с официальным заявлением о своем самооговоре? Основания для этого достаточны — попытка спасти главную подозреваемую, против которой все прямые улики, — то есть дочь. Согласны ли вы сделать достоянием нового расследования весь круг лиц, которых частный детектив Кольцов определил как участников общего заговора? Подозреваете ли вы своего работодателя Игоря Сергеева в причастности к заговору, который связан с вашим наследством? Допускаете ли его причастность к покушению на вашу жизнь? И последнее: считаете ли происшествие с вами продолжением преступлений, которые происходили в вашей семье в последние годы?

Я на мгновение прижала веками закипевшие слезы в глазах, перевела дух и ответила:

— Да, да и да. По всем вопросам.

— Тогда просто работаем, так?

Земцов вдруг улыбнулся той самой улыбкой, которая выдает ум и деликатность человека, чья цель скрывать все человеческое в себе. В интересах условного дела, которое якобы требует только холодной головы без чувств и сожалений.