Строптивица и нахал

Чувствую себя нашкодившим щенком, которого отругали. Вот нахал! Жена я ему? Наш брак даже фиктивным не назовешь! Ему греет душу осознание того, что он купил себе служанку из семьи банкира!

Как только удалось сдержаться и не высказать ему все! Просто понимаю, что это ничего не даст. Согласна, наш брак нормальным не назовешь, но как можно было бросить меня в полиции?! Ненавижу! А теперь его еще и бутерброды не устраивают!

Подвинув тарелку, взяла бутерброд, откусила. У-м-м, вполне съедобно. Тоже мне привереда, не ест он такое. Мне известно, что он принимал участие в боевых операциях, сутками находился в горах, лесах. Вот интересно, его там фуагра и черной икрой кормили? Нашелся мне воспитатель! Съев бутерброды, запила все остывшим чаем.

Теперь можно и поспать.

* * *

Тимур

Сев в машину, захлопнул дверь и двинулся в сторону агентства.

На хрен я это делаю? Зачем цепляю? Зачем играю? Я вижу, что она реагирует на мое присутствие. Стоит только мне к ней прикоснуться – она затаивает дыхание, жилка на шее начинает бешено пульсировать. Замечаю и то, как сжимает кулачки. Желание? Скорее всего. А испытывает ли она страх, ненависть? Когда-то эти сильные чувства управляли и мной. Я не боялся ее отца, не боюсь и сейчас. Потерять все свое имущество не хотелось бы, но еще больше я не хотел потерять свободу. Это действительно пугало. А сейчас ненавижу ли я Милану? Сейчас… ненависти к ней не испытываю. Да и раньше не испытывал, стоит признаться. Только сильную злость. А с тем, что мы женаты, начинаю смиряться.

А вот отсутствие регулярного секса плохо сказывается на настроении и вредно для здоровья!

Если пять лет назад я говорил, что она хороша собой, то сейчас Милана стала опасна: к ее красивой внешности добавилась сексуальность, она научилась сдерживать свои чувства, прятать эмоции. В ней проснулось женское начало, она умеет мастерски отыгрывать мои словесные подачи. А еще она строптива и взбалмошна. Милана одним своим видом бросает мне вызов. Самец, что сидит в каждом нормальном мужике, не может этот вызов не принять. Мне так и хочется продолжить игру. Пусть она идет по моим правилам.

Есть, конечно, вероятность проиграть: не сдаться, а перейти на сторону противника, подписать мирный договор. Нет, ничья не устраивает, я хочу победить в этой игре!

«А что страшного произойдет, если вы окажетесь по одну сторону баррикад?» – спросил внутренний голос.

«Не знаю»

И зачем мне эти совместные ужины и завтраки? Я хочу видеть ее настоящей женой? Нет! Хочу унизить, наказать? Точно нет! Скорее всего, пытаюсь помочь адаптироваться. Чтобы она не наделала глупостей, ведь отчаиваться, как вижу, она не собирается. Я реально переживаю за ее эмоциональное состояние? Что за ерунда?!"

"Когда вижу ее, злюсь. Злюсь, что испытываю желание.