Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

— Можешь передать ей мои искренние соболезнования, — ехидничает голос из телефона. — Это всё?

— Более чем, — заверяет неизвестную мне Соню Рома, в речи которого теперь тоже появляются первые неясные интонации.

Девушка ничего на это не отвечает, но и не спешит скидывать звонок. Ромкины пальцы чуть сильнее сжимают трубку, мне, находящейся в непосредственной близости от него, это хорошо заметно. Чужое дыхание чуть учащается. По-моему, выходнока обернулась против своего хозяина. Одним быстрым движением Рома переводит звонок в обычный режим, вроде как всё ещё весел, по крайне мере, губы мастерски растягиваются в улыбке, но что-то неуловимое в нём уже изменилось.

Он отрывает голову от экрана телефона и, угрожающе блеснув глазами в сторону Стаса, беззаботно интересуется:

— Ну, убедился? — и не дожидаясь ответа, достаточно ловко выскальзывает из нашего кресла, практически не касаясь меня. — А теперь прошу меня извинить, срочное дело.

Мгновение и мы остаёмся в комнате втроём. Без Ромы под боком становится крайне неуютно, особенно если учитывать, две пары глаз, расположиться напротив меня. Я набираюсь храбрости и с вызовом смотрю прямо в шоколадные глаза Чернова. Странно, но я совсем не вижу того холода, которым он обдавал меня ещё пару минут назад. Он не то чтобы стал теплее, просто всё будто перевернулось с ног на голову, и я совсем не понимаю, что расползается у него там, в глубине чёрных зрачков. Ощущение, что он пытается что-то мне сказать, что вот они его слова, здесь, с нами, на поверхности. Я почти могу их поймать, стоит только приложить немного усилий, немного проницательности, немного… Стас разрывает наш зрительный контакт, резко крутанув головой в сторону. Видимо, прислушиваясь к тому, что Рома творит на кухне. А потом резко вскакивает на ноги, отчего Настя недовольно морщится, ведь всё это время она сидела, прижавшись к его плечу, а сейчас, она чуть ли не валится на то место, где только что был её парень.

— Я сейчас, — сухо бросает он нам и уходит вслед за братом.

Итак, их осталось двое…

Настя эффектно закидывает ногу на ногу, стараясь показать мне, чья здесь территория. А меня так и подмывает сказать ей, что она зря старается. Но я молчу, мечтая лишь об одном — оказаться как можно дальше от этой квартиры.

— Знаешь, а ты ему подходишь, — неожиданно сообщает она мне.

— Да? — удивляюсь я. — Интересно, знать чем?

— Он такой же. Больной на голову.

Ах да, она про Рому, а не про Стаса.

— Наверное, — безразлично пожимаю я плечами.

На что Настя самодовольно ухмыляется:

— Не наверное, а точно. С ним тоже больше пяти минут общаться невозможно.

— Тогда мне повезло, что наши пять минут почти истекли, — вяло я парирую её слабенький выпад.