Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

 — Вера, а ты не можешь хоть на одно мгновение допустить, что я тоже боюсь!

Если бы он меня сейчас ударил, я бы и то меньше удивилась, а так… Кажется, у меня даже глаза из орбит полезли. Но парень напротив меня этого не замечал, дальше продолжая свою пламенную речь.

— Ты не думала, что я тоже могу волноваться и переживать? И каждый раз, когда ты от меня сбегаешь, для меня это точно так же нелегко?! Или что я хоть раз хочу от тебя первого шага?!

С каждым словом он наклоняется всё ниже и ниже, а с последней фразой упирается своим лбом в мой. Он настолько близок, что теперь я точно знаю, чем плеснула ему в лицо — джин с тоником, резкий аромат которого бьёт по моему носу. Чернову совсем не идёт, он пахнет совсем иначе. Сложнее, изысканней… роднее.

— Почему ты всё время выворачиваешь так, что это я виновата в том, что бежала от тебя, — предпринимаю последнюю попытку для сопротивления. — Тебе напомнить, что так-то ты с Настей встречался?

— Но ты ведь всё равно бежала, — выдыхает Стас. — И не спорь. И сейчас бежишь, хватаясь за каждый удобный шанс.

Но он качает головой, прося меня помолчать. И я обрываю себя на половине фразы. Чернов отпускает мои руки, правда, и необходимости держать меня больше нет. Легко касается своими губами моего виска, нежно, еле ощутимо спускается чуть ниже, проходится по моей щеке, отчего у меня мурашки по коже. И как дышать дальше я тоже не знаю. Его губы доходят до моего уха и прихватывают мочку, из-за чего я невольно выгибаюсь на встречу Стасу, чьи руки тут же подхватывают меня под поясницу, теснее прижимая к себе.

— Поцелуй меня, — шёпотом просит он.

А я замираю, заворожённая и испуганная.

— Вера, поцелуй меня, — чуть громче повторяет он.

Это то, о чём он говорил, ему тоже необходимо знать, что нужен мне, что мне не всё равно, ему тоже нужны гарантии.

И я сдаюсь, и даже не ему, а самой себе. Своим желаниям, своему влечению, своему помешательству.

Губы у Стаса горячие и слегка шершавые, но до невозможности нежные и страстные. Сначала я осторожно касаюсь их лёгким поцелуем, чувствуя, как они дрогнули. Его руки сильнее сжимают меня, а я подстёгиваемая его эмоциями, кончиком языка провожу по его рту, после чего Чернов сам не выдерживает и накидывается на меня с жаром и каким-то остервенением, а я и не возражаю, отвечая на каждый его порыв и движение.

Мы целуемся долго, пока в конец не начинаем задыхаться, у меня дрожат колени и подгибаются ноги. Стас придерживает меня и утыкается своим носом в мою шею.

— Угораздило же… найти себе самую строптивую…

Мне удалось уговорить Чернова дать мне отработать смену до конца, без особых восторгов он кивнул головой, за что тут же заслужил от меня ещё один поцелуй.

В бар я вернулась слегка ошалевшая, порядком растрёпанная и заметно присмиревшая.