Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Надела бы куртку, всё равно под ней ничего не видно, и быстренько бы умотала из квартиры, если б не одно большое НО… по имени Дамир.

Брат Чернова на пару с Бонифацием обнаружился ровненько посреди гостиной, которая, как известно, была в этом доме проходной.

И вот картина маслом. Я, вся такая независимая, в джинсах и лифчике (радует, что не в трусах и каске), вышагиваю из спальни Чернова прямо на Дамира. Увидела, ойкнула, попыталась прикрыться руками. Бероев заулыбался. Совсем не похабно, скорее уж понимающе. Даже глаза немного отвёл, и на том спасибо.

— Ничего не было! — выпалила я, теряя всякую надежду на то, что удастся просто так вырваться из этой квартиры.

— Я разочарован, — хмыкнул Дам, из-за чего я тут же начала предательскии заливаться краской.

— А я-то как разочарован, — присоединился к нам Стас за моей спиной.

В итоге Чернову удалось запихать меня в ванную.

— Стас, я опаздываю! — упиралась я, пока он твёрдой рукой чуть ли не тащил меня по коридору прочь от смеющегося Дамира.

— Интересно знать куда?

— Я же тебе сказала на пары!

— Вера, расслабься уже. Сегодня воскресенье.

Какой кошмар. Последние его слова заставили меня зажмуриться, нет ну что за человек? Ощущение было такое, что меня не просто поймали на лжи, а на чём-то постыдном. Я окончательно покраснела, даже уши обожгло. Собственно этим Чернов и воспользовался, подхватив меня на руки и занеся в ванную комнату. Осмотрелся по сторонам, словно прикидывая, куда можно меня пристроить, а потом усадил на стиральную машину. Украдкой глянула на него, а Стас не утерпел и подмигнул мне, из-за чего у меня в очередной раз за сегодняшнее утро перехватило дух, и я, тихо застонав, спрятала лицо в свои ладони, наплевав на попытки прикрыть свой бюстгальтер, уже успевший стать за это утро всеобщим достоянием.

— Ты чего? — не скрывая своего веселья, поинтересовался Чернов. — Если б знал, что ты у меня такая робкая…

Слух зацепился за это «у меня». Получалось, что буквально за одну ночь, в которую толком ничего не было, мир… наш с ним мир успел окончательно перевернуться.

— И что бы ты тогда сделал? — слегка осмелев, поддела я его, убирая руки от лица. Смотреть на Чернова было нелегко. Здесь было и опасение лишний раз открыться ему, и смущение из-за его победоносного вида. Впрочем, последнее не только смущало, но и нехило так пробуждало во мне желание противостоять. Потому что кому-то явно надо было лучше скрывать своё ликование по поводу происходящего. Тоже мне герой-любовник нашёлся.

Стас низко наклонился ко мне и буквально выдохнул в самое ухо:

— Я бы тебя ещё раньше смущать начал…

Почему-то мне стало щекотно, наверное, всё дело в количестве напускного пафоса в его голосе.