Строгий режим

Оперчасть, естественно с ведома начальника СИЗО, как и почти во всех тюрьмах, делала послабления по режиму ответственному за тюрьму и даже частенько выполняла его просьбы, поскольку тот решал почти все междоусобные конфликты. Он мог в случае необходимости остановить ненужные администрации всяческие волнения, голодовки и бунты по пустяковым поводам и предотвратить бессмысленные убийства, за которые в управлении тоже по головке не погладят.

Иногда Солома, конечно, откровенно наглел, прося его принести водки и закинуть его в гости к друзьям ненадолго. Объяснял это тем, что это нужно для общения и сближения с народом, за который он несёт ответственность и перед администрацией в том числе. Но сегодня его просьба оказалась настолько простой, что у Дунаева даже поднялось настроение и он думал, что сегодня от смотрящего просьб больше не будет. Тот хоть и наглый, но меру знает.

Работник спецчасти Валентина привычно нашла ему дело заключённой и протянула со словами:

— Что это вы, то Шаповалов, то ты ей интересуешься? Кто такая-то?

— Шаповалов? — удивлённо переспросил кум.

— Нуда, — спокойно сказала Валентина. — Вчера он это дело брал.

Дунаев сделал вид, что как будто знал об этом, но забыл, и только сейчас вспомнил. Улыбнувшись и постучав себя пальцем по голове он вышел и пошёл вместе с делом в свой кабинет. На самом деле он был зол и думал, что Шаповалов, вопреки его указаниям, общается с Соломой да ещё и не ставит об этом в известность своёго начальника. Но как только он зашёл в кабинет и, открыв дело, увидел фотографию заключённой, он сразу подумал, что подчинённый его приказов не нарушал и интересовался этой заключённой по личной инициативе, потому что таких красивых девушек в этой тюрьме никогда не было.

Просмотрев дело и усомнившись в справедливости решения суда, он решил зайти к Шаповалову и спросить, не влюбился ли тот часом и не хочет ли помочь заключённой в её деле с целью жениться потом на ней. С улыбкой на устах от предвкушения предстоящего разговора и ошарашивания подчинённого своей осведомлённостью, он зашёл в кабинет Шаповалова и улыбка сразу слезла с его лица. За столом напротив опера сидела та самая девушка, Ольга Шеляева, только в жизни она была намногое милее, чем на фото. Её красивое и в то же время просто лицо с яркими чертами притягивало взгляд. Длинные распущенные волосы, казалось, переливались от попадавшего на них из окна весеннего солнца. А красивые и невероятно добрые глаза говорили сами за себя, что она не преступница.

Дунаев не мог оторвать от неё взгляд и даже забыл о цели своёго визита к подчинённому.

Во время обеда Солома высунул свою голову в кормушку и сказал стоявшему неподалёку дубаку:

— Слышь, командир, скажи там ещё раз куму, пусть подойдёт срочно.