Полет Стрижа

Вскарабкавшись на него и вызвав этим у овчарок совершенно неистовый приступ ярости, Анатолий еще раз осмотрелся. Он запросто мог бы перестрелять собак, но это сразу бы переполошило вернувшихся хозяев. Еще с тополя он заметил, что ветви гигантского платана во дворе нависают над забором, а с другой стороны заканчиваются совсем близко от выпирающего сбоку балкона. Примерившись, Стриж подпрыгнул вверх и чуть вперед, уцепился за толстую, прогнувшуюся, но выдержавшую его вес ветку. Отдышавшись, он глянул вниз, на беснующихся собак, и, перебирая руками, добрался до ствола дерева. Здесь он вскарабкался с ногами на мощный спасительный сук и перебрался на другую ветку, растущую к дому.

Она оказалась более толстой, видно было, что ее обрубили, освобождая место особняку. Стриж повис на конце ветки, до балкона осталось не более метра, но как преодолеть это пространство? Он завис, беспомощно крутя головой по сторонам. Пришла в голову и не очень хорошая мысль: ""Такую идеальную мишень можно и из рогатки подстрелить"". Мысль о рогатке навела его на одно интересное воспоминание. Анатолий улыбнулся, а потом начал раскачивать ветку весом своего тела.

В далеком детстве они вот так раскачивались на прибрежных деревьях, а потом прыгали в Волгу. Навык еще не пропал, вскоре он уже носился вверх-вниз по такой крутой амплитуде, что псы едва не доставали зубами его пятки. В душе Стриж молил об одном: лишь бы выдержала ветка! Наконец, он решился: на траектории, ведущей вверх, разжал руки и, развернувшись в воздухе лицом к балкону, полетел вперед. Все-таки он чуть-чуть не рассчитал, его ударило ногами о перила. Вдобавок, столкнувшись с препятствием, голова и туловище резко скапотировали вниз, и Анатолий здорово треснулся головой об пол.

— Хреновый из меня, однако, Тарзан получился, — пробормотал Стриж, со стоном поднимаясь с пола.

Действительно, ударься он о перила немного повыше, могло серьезно пострадать его мужское достоинство.

Хромая, Анатолий добрался до балконной двери. В отличие от обычных, эта была со встроенным в круглую ручку замком. Не сильно надеясь на успех, Стриж повернул ее и оказался в доме.

— Это ж надо, — пробормотал он, — так просто.

Отодвинув тюль, он проковылял дальше, на каком-то столике нашарил лампу, щелкнул выключателем. Розоватый свет неярко высветил помещение. Похоже, что он оказался в спальне. На это прежде всего указывала безразмерная квадратная кровать с низенькой спинкой резного дерева. Весь пол был застлан светло-коричневым паласом с длинным ворсом. На стене висела огромная фотография голой девицы в самой что ни на есть вульгарно-зазывающей позе. И очень заинтересовала Стрижа в этой комнате видеодвойка на подвижном столике с небольшим рядком кассет на нижней полке.