Стражи

Быть может, и не стоило удивляться…

Встрепенувшись, он запустил руку под расстегнутый пиджак, извлек тяжелый пистолет и повернулся в ту сторону, держа оружие дулом вверх, — то ли показалось, то ли и в самом деле заливистый собачий лай стал явственно приближаться…

И тут, наконец, началось. Над поляной вспыхнула неяркая точка бедно-золотистого цвета, разрослась, расплылась, очень быстро превратившись в некое подобие рыбацкой сети с крупными ячейками, сплетенными из того же бледно-золотистого сияния. Линии эти стали невероятно четкими, выразительными, прямо-таки вещественными.

Непонятно, почему так получается — при отправлении «кареты» внешний наблюдатель видит одни световые эффекты, а во время прибытия — уже совершенно другие. На его вопрос ему полтора месяца назад показали толстую книгу со страницами, сплошь покрытыми формулами и расчетами, и один из физиков без всякого превосходства, но с легкой улыбочкой пояснил: здесь имеется полное описание процесса и более доступного для профанов изложения, увы, не существует…

Растаяли и золотистая сеть, и просвечивающий в ячейки кокон зеленоватого сияния. На поляне материализовалась «карета» — высоченная, темная — внутреннее освещение погашено, лишь видны разноцветные отблески света от сигнальных лампочек — уж их-то нипочем не выключишь, без них невозможно…

Удалось рассмотреть, что к иллюминатору в двери прильнула чья-то физиономия. Подхватив пакеты, поручик выскочил на опушку, уже не сомневаясь, что азартный лай действительно приближается. Пробежал несколько шагов, остановился на расстоянии вытянутой руки. Ударивший изнутри луч сильного фонаря осветил его лицо, прошелся по поляне. Яростными гримасами, притопывая от нетерпения, поручик изобразил беспокойство.

Наружный штурвальчик завертелся, дверь чуточку отошла, не более чем на ладонь. Поручик ничего не мог разглядеть внутри, но прекрасно знал, что на него сейчас дружелюбно уставилось дуло автомата, а то и не одно.

— Погода пасмурная! — понизив голос, произнес он надлежащий пароль, то и дело оглядываясь в ту сторону, откуда доносился лай и хруст веток — с каждой секундой приближавшиеся. — Погоня близко, хватит!

Дверь распахнулась на всю ширину, один человек ее придерживал, второй, как и полагалось, держал поручика на прицеле — недоверие заложено в уставе, и сердиться тут нечего…

Размахнувшись как следует, поручик забросил внутрь оба свертка — бумага на одном, судя по звукам, лопнула, и книги рассыпались, — запрыгнул внутрь, с превеликим облегчением рухнул на железную скамеечку. Громко хлопнула дверь, едва слышно скрипнул штурвальчик.