На страже чести

Похоже он законный внештатный корреспондент. Он сказал, что просто хотел получить от нее комментарий по поводу ее личной жизни. Хотелось бы увидеть еще другие документы.

– Я бы хотела проверить эти данные, задействовав Интерпол и базы данных НСИ, но сегодня вечером сделать это было невозможно. И не было никаких оснований задерживать его, – Она шагнула в командный центр, который уже частично демонтировали, готовясь к отъезду.

– Но Французская сторона обещала понаблюдать за ним и проинформировать нас, если выяснят что-

Они оба знали, что связи межведомственной разведки, особенно международной, были настолько скудными, что даже если Французы и выяснят что-то, информация, возможно, никогда до них не дойдёт. Но это было лучшим, что можно было сделать.

– Увидимся в 6:30, – Сказала Кэм на пути к двери.

– Так точно, – Когда Кэм скрылась за дверью, Мак окинул взглядом почти пустой командный центр.

В соседней комнате Синтия Паркер, в компании компьютеров дорабатывала оставшуюся часть ночной смены. Светящиеся мониторы напоминали ему о ее присутствии, но, тем не менее, он чувствовал себя в полном одиночестве. Сев за длинный, пустой стол переговоров, со стопкой компьютерных распечаток, он начал выборочно просматривать новостные сводки, поступившие в течение последних 24 часов. Он подумал о том, что Фелиция, должно быть, уже спит и утешил себя надеждой, что привычная рутина поглотит его до самого утра.

Кэм закрыла дверь командного центра и небрежно кивнув Рейнолдсу, стоявшему в холле, у двери Блэр, пошла к лестнице. Это была длинная ночь, и она чувствовала себя одинокой и разбитой. Она надеялась провести несколько минут наедине с Блэр, после официального визита, но нарушитель оборвал в ней это желание. П риближался рассвет дня возвращения домой, который был потенциально опасным для Блэр, и вся команда должна быть в полной боевой готовности, – Командир?

Кэм развернулась, – Да? – Рейнольдс протянул ей конверт, – Это для вас, мэм. – Кэм молча шагнула вперед и протянула руку. Встав спиной к Рейнолдсу, она открыла конверт и вытащила из него лист бумаги кремового цвета, украшенный водяным знаком отеля Мариньи. На нем, почерком ее любимой было написано: «Пожалуйста, зайди ко мне, не важно насколько поздно. Б».

Кэм осторожно убрала листок бумаги обратно и сунула его в карман пиджака. Пройдя мимо Рэйнолдса, который даже не подал вида, что вообще видел ее, она открыла дверь пластиковой картой и вошла внутрь. В гостиной было темно, как и в спальне, за открытой дверью, напротив.

Медленно двигаясь в комнате, освещенной лишь лунным светом, Кэмерон сняла пиджак и бросила его на подлокотник дивана, проходя из прихожей, вглубь номера. Она ослабила галстук на шее,

сложила его и сунула в карман брюк.