На страже чести

– Ты в порядке? – Спросила Кэм, когда они вышли из душа, передавая Блэр толстое бирюзовое полотенце.

– Да, думаю да. – Брэр завернулась в полотенце и завязала крупный узел над грудью, – Я знаю, что все равно прошла бы через это, – Она протянула руку и погладила лицо Кэм, – Но то что ты рядом,

для меня…я никогда не чувствовала себя настолько любимой.

Кэм отбросила полотенце, которым вытирала волосы и подошла ближе. Она взяла лицо Блэр в руки и нежно поцеловала ее, – Думаю, я сошла бы с ума, если бы не смогла быть с тобой сейчас.

Взгляд Блэр стал нежным, найдя лицо Кэм, – Как ты сама? Видит Бог, ты же тоже уязвима, хот иногда и ведешь себя так, что можно очень легко забыть об этом.

– Спасибо, – улыбка приподняла уголок губ Кэм, – И я в порядке.

– Значит все будет хорошо, – Блэр быстро поцеловала Кэм и развернулась, чтобы выйти из ванной, -

Я буду готова через несколько минут.

Спустя несколько секунд, Кэм услышала тихий голос Блэр по телефону. Она очень ясно разобрала слова возлюбленной:

– Привет пап. Слушай, я кое-что должна сказать тебе.

Четыре агента секретной службы стояли в холле гостиницы, когда Кэм, позади Первой дочери вышла из номера.

– Все как всегда, пожалуйста, – сказала Кэм Маку, Фелиции, Старк и Паркер, – мисс Пауэлл пожелала присутствовать на утреннем брифинге сегодня.

Все четверо уважительно кивнули. Однако выражение лица у Старк было беспокойным, а глаза Мака забегали. Фелиция была, как всегда спокойна. Синтия Паркер, новый агент в группе, взяв пример с отальных терпеливо ждала, пока Кэм даст свои распоряжения, – у Мисс Пауэлл запланировано амбулаторное хирургическое исследование на 7:00, – ровно сказала Кэм, – Я хочу абсолютную информационную блокаду на этот счет. Никто не дает никаких заявлений. Никто не должен приближаться к ней с вопросами. Блэр прислонила одно бедро к подлокотнику кресла, когда Кэм говорила. Она привыкла к тому, как Кэм включалась в командный режим и даже была странным образом успокоена им, несмотря на то, что чувствовала, как она абстрагируется ото всего,

что ее окружает. Она понимала, что вся ее жизнь может измениться в ближайшие несколько часов.

Планы, которые она строила, мечты, вынесенные с детства и радость вновь обретенной любви – все это может быть перечеркнуто маленьким скоплением клеток, без позволения растущих в ее теле. С

этими фактами было невозможно мириться, но она знала, что должна. Только цепляясь за реальность

, она могла одержать победу. Она должна жить, независимо от результатов биопсии. Моргнув, она поняла, что Кэм перестала говорить.

– Извините, – С виноватой улыбкой Блэр выпрямилась, – Я просто хотела быть здесь, когда Командир объяснит ситуацию.