В объятиях страсти

В конце концов, он махровый лоялист, судья, представитель Коро­ны, поклявшийся исполнять свой долг. Я слышал некото­рые его замечания на приеме и уверен, что мистер Уоррен так же решительно выступает против патриотов, как я за них. Вы будете не первой семьей, которую разбила эта война.

Сирена чуть не задохнулась от возмущения.

– Отец никогда бы не предал меня!

– Но станет ли он лгать ради тебя вопреки своим убеж­дениям? – парировал капитан, пристально глядя на нее.

Трейгер посеял семена подозрения, и Сирена не могла не размышлять над подобной возможностью, хотя и брани­ла себя за это. Митчел держал в секрете от нее поездку в Нью-Йорк и выглядел весьма удрученным, когда вернулся вечером домой. Неужели британцы допрашивали отца, усом­нившись в его лояльности? Вдруг они потребовали объяснений относительно ее отношений с Натаном? Не мог ли он при этом невольно скомпрометировать ее?

Сирена закусила губу, затем еле слышно выдохнула:

– Не могу поверить, что отец намеренно причинил мне зло.

– Возможно, непреднамеренно, – согласился Трей­гер, – просто он не мог лгать в присутствии свидетелей, готовых подтвердить, что ты выступала против Короны и говорила о своей дружбе с Натаном. Я слышал от брата, что твой отец побывал в Нью-Иорке, где встречался с британскими офицерами. Боюсь, что каким-то образом он оказался втянутым в это дело.

Сирена не хотела даже думать ни о чем подобном. Кто бы ни донес, но только не отец! Она нахмурилась: «Не­ужели я рано расслабилась, и Трейгер просто пытается выудить у меня информацию?»

– Откуда тебе известно о потайном ходе в наш дом? Я единственная, кто знает о нем, а я никому ничего не говорила. И что ты делал на нашей земле в тот день, когда мы встретились в бухте? Ты хорошо знаешь Оливию? Вы любовники? – Сирена сама удивилась количеству вопро­сов, которыми закидала Трейгера и которые так долго тер­зали ее.

Трейгер усмехнулся, а нервы Сирены снова натянулись как струна. Внезапно они вернулись к тому, с чего начали.

– Мой дед построил этот туннель для меня с братом. Мы провели там немало часов, прячась от воображаемых врагов, когда приезжали к нему в гости."

"– Значит, вдова Гравит была твоей бабушкой? – Глаза Сирены округлились от изумления и… недоверия.

– Была и есть, – подтвердил Трейгер. – Она жи­вет с моими родителями в Коннектикуте. – А когда мои родители строили свой дом, то предусмотрели там такой же ход на тот случай, если их внуки приедут к ним погостить. Что же касается твоей мачехи, я даже не разговаривал с ней, разве что во время танца на балу.

Трейгер взял Сирену за руку и притянул к своей груди.

– Я не враг тебе, Рена, и никогда им не был.