Настоящие, или У страсти на поводу

— К-каких процентов?

Это количество денег не укладывалось в голове и казалось просто кошмарным.

— За ожидание и отсрочку на сутки.

Я спрятала лицо в руках.

— Великие, что же ты натворил? Что ты натворил?…

Но тот меня словно не слышал.

— Ты же сказала, что у тебя есть большой заказ на тысячу.

— Был. Этот заказ от Торнтона… Ивар, неужели ничего нельзя сделать? Обратиться к органам правопорядка, еще куда-нибудь? Надо же что-то делать!

— Карточный долг — это долг чести, — упрямо возразил он.

— Ты готов за него умереть? — выкрикнула я и снова задрожала.

— Это не случится. Мы справимся. Ты поможешь мне. Это даже хорошо, что заказчик Торнтон. Ты ему всё сделаешь, а он простит часть долга. У меня есть около пяти сотен золотых и у тебя в банке тоже сумма накопилась за заказы.

— А остальная сумма?"

"— Попроси у Архольдов. Герцогиня же твоя подруга, — ответил мужчина.

— Надо же, только вчера ты обвинял их во всех грехах, а сегодня хочешь, чтобы я просила деньги у них. Не брезгуешь? — не смогла сдержаться я.

— Прекрати, — скривился он. — Для них эту пустяк, мелочь. Герцогиня больше тратит на тряпки у швеи. Пусть докажет свою дружбу, о которой ты столько рассказывала.

— А отрабатывать чем будем? Ведь их рано или поздно придётся вернуть.

— Придумаем что-нибудь. Айола, тут вопрос жизни и смерти. Понимаешь? Они меня убьют.

Я смотрела в его лицо, на зажившие следы от побоев и понимала, что это правда. И это было страшно. Только сейчас я стала осознавать всю опасность, нависшую над нами. Потерять его как человека… Нет, это выше моих сил. Несмотря на наши разногласия, на подозрения и ревность, я не могла допустить гибель Ивара.

— Хорошо, я попробую поговорить с ними.

— Как можно быстрее.

— Я сегодня всё решу, обещаю, — тяжело поднимаясь, произнесла я и направилась к двери.

— Спасибо… Айола, я…

Ивар попытался подойти ко мне и даже, кажется, обнять, но я увернулась и вышла, бросив напоследок:

— Приходи на рассвете, деньги будут. Обещаю.

И сбежала, оставаясь один на один со своей болью.

Только потом, подходя к большой гостиной, я поняла, что не спросила у Ивара про ту Нэнси, о которой рассказывала Флоренс. И пусть его измена на фоне грядущей беды была пустяком, забыть и отмахнуться от неё я не могла. Мы обязательно поговорим об этом, но позднее. Нам, по сути, о многом надо поговорить и выяснить.

В большой гостиной уже никого не было.

— А где герцогиня? — спросила я у пробегавшей мимо служанки в накрахмаленном переднике и чепчике.

— Ей плохо стало, срочно отправили в спальню. Сейчас с ней лекари и маг. Герцогу уже сообщили, скоро приедет, — сбивчиво ответила она, а глаза были полны страха и тревоги, которые передались и мне.