Настоящие, или У страсти на поводу

 — Ты бы ведь не остановился? Несмотря на все мои протесты и мольбы?

Я всегда знала, но вслух боялась произнести, потому что это бы всё изменило. Но уже отступать поздно.

— Речь сейчас не об этом. Не спорю, герцогиня совсем непохожа на аристократов. Довольно мила и вежлива, но это не значит, что я стану плясать под её дудку.

— Ивар, какую дудку? О чём ты вообще говоришь?

— О том, что мы с тобой им не ровня. Им всем. Не знаю, зачем ты пытаешься казаться такой же, зачем живёшь здесь. Я не стану запрещать тебе писать отцу и герцогине, но тебе давно пора вырасти, Айола, — жестко отрезал он. — И забыть ту дурь, которую столько лет забивал тебе в голову отец. Не стоит тянуть резину, надо перерубить узел и идти дальше.

— Куда? — устало спросила у него.

— В наше будущее.

— А если я скажу, что хочу остаться здесь? Что хочу заниматься артефактами и жить, не боясь каждый день за наши жизни?

— Ты хочешь? — медленно повторил молодой человек. — Снова мы должны делать то, что хочешь ты? Заметь, Айола, что это не в первый раз. Все эти семь лет мы делаем лишь то, что угодно тебе и никак иначе. А какую роль ты мне уготовила? Кузнеца?

— Почему кузнеца? Ты охотник, многое умеешь…

— Убивать, — жестко прервал меня он. — Хорошие навыки, не так ли?

— Можно попробовать…

— Но я не хочу. Я хочу, чтобы у нас впервые и впредь было по-моему. Айола, я мужчина, глава семьи, а по факту просто тряпка, который уже семь лет бегает у тебя на побегушках.

Его слова ранили и неожиданно пробуждали чувство вины. Ведь всё сказанное им было правдой.

— Пора уже наконец понять, что ты хочешь, Айола. И на что ты готова пойти ради нас и любви. И была ли любовь с твоей стороны на самом деле? — произнёс Ивар поднимаясь. — Провожать меня не надо. Выход найду.

И ушел.

Просто взял и ушел, оставив меня наедине с проблемами.

Мне не хватало воздуха, я задыхалась. Прижимала дрожащую руку к горлу и не могла сделать вдоха, полными слёз глазами смотря перед собой.

— Айола!"

"Не знаю как, но Селина вдруг оказалась рядом, присела передо мной на колени, хватая за лицо и заставляя смотреть ей прямо в глаза.

— Ты что творишь, глупая? Ну-ка дыши! Дыши! Делай вдох! Сумасшедшая, кто же себя так доводит?

Я старалась, правда старалась.

Перед глазами уже начали плясать чёрные мушки, когда первый вдох с хрипом ворвался в лёгкие. А следом хлынули слёзы.

Не знаю, сколько времени я рыдала на плече подруги, пытаясь прийти в себя.

— Держи воду, — Селина подала мне стакан и осторожно стерла слёзы с моего лица тонким кружевным платком. — Никогда тебя такой не видела. Ты всегда была такой стойкой, сильной. Даже когда получила письмо из дома, что Ивар уходит в охотники, держалась. А сейчас…

— Я и вправду так ужасна?

— Глупости какие! Ты добрая, честная и искренняя девушка.