Страсти ниже плинтуса

 — У каких это академиков в наше время есть деньги? Теперь-то, конечно, все становится на свои места! Бедная Кариночка, она так переживает!

Ей пришлось прервать увлекательный разговор, потому что телефон понадобился представителям милиции.

В самый разгар описываемых событий дверь квартиры Балакянов беззвучно открылась, и на пороге появился смуглый, хорошо одетый мужчина с небольшим чемоданом.

— Что здесь происходит? — удивленно осведомился он, увидев в прихожей посторонних людей. Тут он заметил хозяйку квартиры, лежащую на полу без чувств, и бросился к ней.

— А вы кто такой? — удивленно спросил Сивцев у пришельца.

— Я хозяин этой квартиры, — ответил тот, растирая виски женщины. — А вот вы кто и что здесь делаете?

— Хозяин? — растерянно переспросил капитан. — Но вы же скончались от передозировки наркотиков!

Реакция мужчины была бурной.

В ходе разбирательства выяснилось следующее.

Аветик Акопович Балакян, профессор и академик, член целого ряда международных организаций, незадолго до того был обокраден. У него на улице родного города мужчина, выдававший себя за глухонемого, вытащил бумажник, в котором находились деньги и документы. Балакян сообщил о краже в милицию и уехал на конференцию в Брюссель. Вор, известный в криминальных кругах как Жора Марафет, действительно снимал квартиру для культурного отдыха. Там, на этой квартире, он и загнулся от передозировки. По странному стечению обстоятельств вор был немного похож на обокраденного академика. Не слишком, но некоторое отдаленное сходство имелось, поэтому Каринэ Нарсесовна на некачественной фотографии действительно приняла мертвого мужчину за своего мужа.

Результатом событий стал и появившийся у нее нервный тик, и совершенно испорченная репутация академика Балакяна. К Аветику Акоповичу до сих пор с заговорщицким видом подходят его коллеги по научному сообществу и вполголоса спрашивают, не может ли он по сходной цене достать дозу кокаина. Академик отчего-то вздрагивает и бледнеет.

Капитан Костиков отделался легче всех — он получил от начальства всего лишь выговор. Однако после этого эпизода он более внимательно стал относиться к установлению личности потерпевших.

— Непременно нужно сходить на Старо-Петергофский! — повторил он, мучительно скривившись и потирая виски.

Вера Анатольевна Королькова всегда считала себя справедливой женщиной. Она была строга лишь с теми читателями, которые портили или теряли библиотечные книги. Этих Вера Анатольевна преследовала упорно. Впрочем, за тридцать без малого лет ее работы в районной библиотеке все читатели были приучены ценить печатное слово и любить книгу — источник знаний. Читатели воспитали это качество в своих детях, а те — в своих.