Страсти ниже плинтуса

Было так хорошо лежать в тишине, перебирая события моей жизни, голова почти не болела. Мне показалось, что я вернулась в детство, провожу время в этой котельной, пока тетка на дежурстве в больнице…

Проснулась я оттого, что кто-то взял меня за руку. Спросонья мне показалось, что я дома, то есть еще в старой нашей коммунальной квартире, что мне десять лет, я заболела гриппом и не пошла в школу, и тетя Галя сидит рядом со мной, держит меня за руку и спрашивает, чего я хочу на завтрак…

— Хочу чаю с лимоном… — пробормотала я полусонным голосом и открыла глаза.

Рядом со мной сидела вовсе не тетя Галя. На краю дивана пристроился худой немолодой дядечка в несвежем белом халате. Круглые старомодные очки были сдвинуты на лоб, дядечка держал меня за руку и к чему-то внимательно прислушивался.

— А я вас знаю, — сказала я, разглядев его как следует. — Вы к дяде Вите часто приходили.

— Тс-с! — дядечка поднес палец к губам, еще немножко послушал и отпустил мою руку, проговорив: — Восемьдесят. Это точно.

— Что — восемьдесят? — не поняла я.

— Пульс. Чаю я тебе сейчас принесу, а насчет лимона надо у Миши спросить. Михалыч! — крикнул он куда-то за занавеску. — У тебя лимон есть?

— Лимон? — из-за занавески высунулось знакомое уже лицо с пегой бороденкой. — А на фига тебе лимон?

— Да вот девушка хочет чаю с лимоном.

— Можно на угол сгонять!

— Не стоит! — Я улыбнулась, почувствовав себя удивительно спокойно, и повторила: — А я вас знаю.

— Ну-ну, — дядечка в халате спустил очки на нос, — да я тебя тоже признал. Только ты тогда маленькая совсем была, а сейчас вон какая красавица! Встать-то сможешь?

Вставать мне совсем не хотелось. Хотелось лежать, бездумно смотреть на потолок с потеками и слушать ровное убаюкивающее гудение за стеной.

Словно прочитав мои мысли, дядечка в халате добавил:

— Не хочешь — не вставай, я только хотел рефлексы у тебя проверить, нет ли сотряса…

— Чего? — удивилась я.

— Сотрясения мозга.

Он наклонился надо мной, вгляделся внимательно в глаза и удовлетворенно отстранился:"

"— Да нет, вроде порядок. Зрачки в норме. Так что ты просто отлежись несколько дней, и будешь как новенькая. Голова — это такая вещь, что никогда не угадаешь, как повернется. Одному ломом по черепушке приложат, и хоть бы что, встанет да отряхнется, а другого чуть заденет, а он на всю жизнь парализованный…

Занавеска отодвинулась, появился дядя Миша.

— Семеныч, ты зря-то девушку не пугай! Ей и так уж досталось… А вообще-то, — он повернулся ко мне и проговорил уважительно: — Семеныч в этих делах понимает! Семеныч, он по жизни очень хороший доктор.

— Да какой я доктор! — смутился тот. — В морге санитаром состою! Только покойников мне теперь доверяют!

— Так это сейчас! — не уступал дядя Миша.