Страсти-мордасти рогоносца

 – На чем основан твой вывод? Гелена Валентиновна, хозяйка гостиницы, говорила, что Ткачева носила дешевые вещи.

– Танюша, модно не значит дорого, – начала просвещать меня, неразумную, Аня, – «Шанель», «Хлоя», «Прада» и прочие бренды этого уровня доступны малому количеству женщин. Правда, сейчас они пошли навстречу массовому потребителю, создают вторые и третьи линии, но все равно их вещи пенсионерам не по карману. На радость покупателю со скромным кошельком работает армия других фирм. Лично я очень люблю «Зару», в ее магазинах можно найти совсем недорогие модные вещи. И есть масса людей, торгующих через интернет барахлом – тряпками, которые прекрасно выглядят, пока ты их не постираешь.

– Ткачева точно была модницей, – повторила Буль. – Чесалась от аллергии, мазала высыпания успокаивающим кремом, я его следы на коже нашла, пила антигистаминный препарат, но носила кофточку. Похоже, вещица ей ну очень нравилась.

– Не знаю, что могло бы заставить меня надеть рубашку, которая вызывает зуд, – улыбнулся Ватагин. – Я бы немедленно ее выбросил. Или, если она новая, мог подарить кому-нибудь. Не у всех же аллергия.

– Понимаю Антонину, – призналась я. – Сама обожаю красивые туфли. Их делают многие фирмы, но я фанат «Миу-Мин», мне очень нравятся их балетки со стразами.

– Дорогое удовольствие, – заметила Аня.

– Да, – вздохнула я, – не дешевое. И в моем случае еще одна беда: прекрасные туфельки абсолютно мне не подходят, колодка не моя. Новые балетки всегда натирают мне пятку, на косточку около большого пальца давит край обуви, я в кровь стираю мизинец, хромаю, хожу, стиснув зубы… и все равно покупаю «Миу-Мин».

– Ничего себе! – изумился Валерий. – Как же ты в этих испанских сапогах перемещаешься?

– С трудом, – призналась я. – И ты прав, сравнив обувь с «испанским сапогом», которым инквизиция пытала людей, требуя, чтобы они признали себя еретиками. Первые две недели мне бывает очень плохо. Купив обновку, я, возвращаясь домой, оклеиваю стопу со всех сторон пластырем, беру шерстяные носки, поливаю их одеколоном, натягиваю свои новые балетки и хожу так по квартире пару часов.

– Зачем? – опешил Ватагин. – Таня, я никогда не подозревал тебя в мазохизме. Я ошибался?

– Таким образом можно разносить обувь, – объяснила я. – Дней через пятнадцать туфелька изменяет форму и перестает доставлять мучения.

– Офигеть! – присвистнул Валерий. – Столько неприятностей, и из-за чего? Купи себе удобные туфли и шлепай в них.

– Тебе нас, женщин, не понять, – хмыкнула Аня. – Я вот недавно приобрела очень красивую кофточку. Но у нее жесткое кружево, оно больно царапается. Но зато – тренд сезона. Ношу и терплю.

– Антонина Ивановна была из нашей стаи, – подвела я итог беседе.