Инженер страны Советов

На раздаче возле больших котлов орудовал черпаком довольно упитанный немец, который каждому подходившему к нему за порцией советскому бойцу говорил с угодливой улыбкой на лице: «Битте». Помогали ему еще четверо немцев, которые суетились возле печи, устроенной прямо на улице, и готовили, по-видимому, добавку для следующей партии обедающих.

— Не напортачат? — спросил я подошедшего начальника штаба майора Пархоменко. — Не потравят нам людей?

— Нет, — майор усмехнулся, — мы им пообещали, что не тронем и отпустим. А чтобы дурных мыслей не возникало, свозили в лагерь и показали, что с ними может быть. Вид сидящих на кольях эсэсовцев им мозги хорошо прочистил. Так что тут все в порядке.

— Ну а что у нас с трофеями? — спросил я уже откровенно лыбящегося Пархоменко.

С трофеями оказалось более чем хорошо. Помимо склада, забитого всем, что только можно представить, нам достались эшелон с ротой средних танков, а это четырнадцать единиц Pz. IV и пять штук Pz. II, эшелон с двадцатью четырьмя легкими полевыми гаубицами 10,5 cm leFH 18/40, батареей из десяти реактивных минометов «Nebelwerfer 41» и колесно-гусеничными транспортерами к ним. Все остальное, что было на станции, сгорело в огне бензинового пламени. Судя по всему, в том же огне сгорел в полном составе немецкий пехотный полк, ехавший в вагонах на фронт.

Трофеи не только подсчитали, их уже начали вовсю использовать. Танки и артиллерию сгружали с платформ и размещали на создаваемых вокруг города рубежах обороны. Как ни крути, а мы оседлали важнейшую магистраль на минском направлении, и долго прохлаждаться в тишине и покое нам попросту не дадут.

И действительно не дали. Едва успели занять оборону, как со стороны Ивацевичей по мосту через реку Ясельду проскочила немецкая бронедрезина с пулеметной башенкой на крыше. Не сомневаюсь, что немцы уже знали о нападении на станцию и аэродром и таким образом решили произвести разведку. Странно, что авиацию для этого еще не задействовали.

Бронедрезину пропустили через мост и расстреляли выведенными на прямую наводку гаубицами. Теперь осталось ждать более представительную делегацию гостей. Хотя сегодня гости могут и не пожаловать, а завтра нас уже здесь не будет.

На станции полным ходом шли подготовительные работы для операции, которую я назвал «Брестский гамбит». И надо, в конце концов, съездить на аэродром и посмотреть, что там за подарок приготовил Новицкий. Но перед этим через комиссара дал команду всем бойцам написать письма домой. Отправим их вместе с остальными документами. Пархоменко посадил писать журнал боевых действий сразу в двух экземплярах. Один переправим через линию фронта. Да и самому надо описать все, что со мной случилось с момента нападения на подмосковном шоссе. Ну и Танюшке письмо, естественно.