Странный мир

 – Мой инглиш годится только для «здрассте» и «пока», а ты нашей речью владеешь уверенно, как говорила Натин.

– Здравствуйте, сударыня. – Офицер галантно снимает форменную шляпу, учтиво кланяется и усаживается на предложенное место.

– Правду говорила эта семиселка, что ты молодец хоть куда. Дал знать своим наблюдателям, что удостоился беседы с настоящей леди. А я, старая перечница, протокол не соблюла. Исправляюсь. Здравствуй, Робин! Меня зовут Лягушка Победы. Это ваши так переиначили «Виктория Фрог». Викой зови, не чванься. Вообще-то Фрог придумали вместо «квакушка», но как это перевести на английский, мы не сообразили, оно так и пошло.

Юноша снова смотрит на старушку. Ёршик седых волос, эластичная ленточка вокруг головы удерживает за левым ухом торчащее вверх небольшое цветастое перышко. Он плохо знает традиции индейцев и символику их одежды и убранства. Однако что-то тут не то.

– Ты проделала далекий путь. – Пауза слишком затягивается, а что сказать, он не знает. Вот и лепит несуразицу.

Вика улыбается, понимая, почему он это ляпнул.

– Возможно, ты полагаешь, что я пришла для того, чтобы посвятить тебя в великую тайну нашего вмешательства в дела вашего сообщества? Я тоже так думала, пока шла сюда. Но по дороге сообразила, что ничего нового сообщить тебе не смогу. Хотела уже вернуться, но поняла, что не смогу сдержать своего любопытства – очень уж хотелось посмотреть на того, кому достанется вся головная боль с этим континентом.

– А почему мне? – удивляется лейтенант.

– А кому еще? Или ты думал, придут добрые люди и все сделают. И перестанут вырубаться леса, зазеленеет прерия, зажурчат ручьи, а люди будут здоровы и сыты? У нас хлопоты легли на Славкину плешь не потому, что он был самым умным и все такое. Просто он так попал, ну и сделал, что смог. Теперь твоя очередь.

– А Славка? Почему ты говоришь о нем в прошедшем времени?

– Нет его. Получил по башке на Аляске от аборигена, которому не понравилось то, что чужой мужик заговорил с его женой. В общем, погиб он по-человечески, исполняя собственное желание.

– Жаль деда.

– Зря ты это. Ему завидовать нужно. Накуролесил он так, что… собственно, и мне на жизнь жаловаться грех, не скучала. И тебе не скучать. – Вика, кажется, закругляет разговор, но Робину это не подходит.

– Так у вас там, в России, сейчас Нат делами заправляет? С ним-то все в порядке?

– В полном. Правда, дела он сдал твоей Натин, а сам готовится к индийскому походу. Мы до нее так и не добрались. До Индии, имею в виду.

– Да фиг с ней, с Индией. Натин что, у вас теперь самая главная? – Робину начинает делаться дурно.

– Примерно так. Ну, надеюсь, вы с ней на пару не позволите всяким там разным сторонникам технического прогресса шарик наш снова загадить.