Темная сторона души

 – Осторожно, не ушибись! – Он положил ладонь ей на голову, защищая от удара. Волосы на ее макушке нагрелись от солнца и были такими теплыми, что от неожиданности Сергей чуть не отдернул руку. Быстро взглянув на него, Маша вынырнула из сарая и прищурилась на козу, по-прежнему игнорировавшую их.

– Куда она смотрит? – вслух подумала Маша, ни капли не интересуясь этим, просто, чтобы сказать что-нибудь.

– Между прочим, на пруд. – Сергей задумался на секунду, потом двинулся в ту сторону, куда смотрела коза.

Маша пошла за ним.

– Считаешь, он к пруду пошел? – негромко спросила она. – Зачем?

– Не знаю, – пожал плечами Бабкин. – Давай проверим на всякий случай.

Тропинка обогнула густой куст шиповника и вывела их к небольшому, почти идеально круглому пруду. «Искусственный», – поняла Маша. Будто отвечая ее мыслям, Сергей негромко бросил через плечо:

– Сам же Степан его и вырыл много лет назад. Чтобы воду для полива брать.

Бабкин остановился, покачал головой:

– Нет его здесь, Маш. Давай возвращаться.

Она молчала сзади, почти уткнувшись носом ему в спину. Он слышал ее дыхание – странно прерывистое, как будто она запыхалась.

– Устала? – Он наконец обернулся и наткнулся на ее взгляд.

Словно застыв, не мигая, Маша без выражения смотрела влево – туда, где на примятой траве около куста боярышника виднелись ноги. Они были босые и грязные. По правой ступне деловито ползал муравей, и Маша непроизвольно задергала ногой, представив, как должно быть щекотно лежащему в кустах человеку с босыми грязными ногами. Она понимала, конечно, что он уже ничего не чувствует, но старалась не пустить эту мысль в свое сознание.

– Стой на месте, – стиснув зубы, приказал Бабкин и, молниеносно оглянувшись, сделал шаг к телу.

Маша не смогла бы двинуться, даже если бы он попросил ее об обратном, поэтому осталась стоять, глядя, как он раздвигает кусты, делает еще один шаг, наклоняется над телом… И только когда Сергей отшатнулся и Маша заметила, как стремительно бледнеет его лицо, она перестала сбрасывать со своей ноги воображаемого муравья, на самом деле ползущего по ступне Лесника. Потому что мысль выразилась простыми, страшными словами.

– Он умер? – без выражения спросила она.

Бабкин помолчал, отвел глаза от того, что лежало в кустах.

– Умер, – хрипловато ответил он.

«Вижу красный путь, – некстати вспомнились ему тетушкины слова. – Не надо бы, тебе, Сережа, никуда ходить». Черт, нагадала тетушка! Вот он, красный путь, – застывает под ногами липкой темно-красной лентой, и на него садятся жирные мухи.

– Пошли вон, – хрипло сказал мухам Сергей и взмахнул рукой. Мухи лениво взлетели."

"И вдруг случилось то, чего он никак не ожидал.