Столичный доктор. Том III

— Уже можно? Начинать?

И тут я проснулся. В ужасе и холодном поту. Сходить, что ли, в церковь и свечку поставить? Ну не могут такие сны просто так приходить!

Со мной случился сон во сне. Бывает. Говорят, большей частью так только кажется. Конечно, он был вызван исключительно думами о работе и телеграммой Романовского. Надо заканчивать обзоры Машука и возвращаться. А то там человечество пора спасать, а я тут занят непонятно чем. Вернее, понятно чем, но хорошего, как говорится, помаленьку.

Бал у мэра Пятигорска будут еще долго помнить. А как же, два Великих князя, Великая княгиня. Весь цвет окрестного дворянства собрался. Даже меня просили поспособствовать получить приглашение. Надо было замутить, по тысяче за билет. Это превзошло бы аферу Чичикова.

Звезды кавминводской аристократии напомнили мне сочинение Михаила Салтыкова «Пошехонская старина». Литературную новинку мне презентовал сам городской голова после просьбы дать что-нибудь почитать. Веселая книга, кстати. Странно, что ее не раздерибанили на цитаты, как это случилось со «Стульями» и «Мастером». Я так сразу вспомнил: «Барышня спрашивают, для большого или малого декольте им шею мыть?».

Кстати, о девицах. Я только вообразил, какую мишень для матримониально настроенных мамочек я представляю. Так и будут порхать вокруг меня с вымытыми для большого декольте шеями. Мало того, что танцор из меня тот еще, так и желание делать это… отрицательное. И я придумал железную отговорку. Скажу, что повредил ногу во время конной прогулки. Одолжу трость, и буду старательно изображать хромого. Надо только Лизу предупредить, чтобы не пугалась…

Само мероприятие состоится в зале Николаевского вокзала. Поначалу Федор Яковлевич думал организовать всё в общественном собрании, где танцевальные вечера, как правило, и случаются, но под влиянием неопровержимых аргументов, высказанных женой, большей частью телепатическим путем, мнение изменил.

Золотой души человек Анна Викторовна. Она и благотворительностью занимается, и мужа консультирует, и трость, довольно стильную, мне нашла. А я ведь только намекнул на нежелание участвовать в танцевальной программе.

— Ни слова больше, дорогой Евгений Александрович, — прервала она мои междометия. — Понимаю. Сейчас, одну минутку.

— Вот и я говорю, что не переживайте, — она задумалась на секунду, быстренько забежала в дом, и вынесла трость, на ходу вытирая ее от пыли салфеткой. — Вот, в прошлом году Федя подвернул ногу, пришлось купить. Ну-ка, попробуйте, по росту должна подойти.

За легкую ротанговую тросточку с набалдашником из горного хрусталя мне пришлось рассказывать байки о жизни аристократов минут тридцать. Довольно выгодный обмен. Зато ни одну барышню не подсунут.

На бал я пошел пешком.