Стоять, бояться, раздеваться!

Вся злость была спущена на работе. И от предвкушения горячей встречи приятно подергивало в паху.

Таким, довольным, Руслан доехал до поселка. Вспоминая, где в домике разложил презервативы, притормозил у дачи.

Отличная была дорога. Без пробок, без снегопада. Но у ворот вся легкость и веселье слетели с него, как пушистые семена с одуванчика.

– Какого хрена?!

Сквозь приоткрытые ворота был виден высокий снежный отвал у забора и идеально вычищенный двор. Чтобы сделать такую красоту лопатой, даже ему пришлось бы вкалывать часа три. Пожарской в ее модной шубке и сапогах на каблуках понадобилась бы неделя, а то и больше.

– Вероника!

Мгновенно забыв о продуктах и презервативах, Руслан бросился в дом. Выхватив из кобуры табельное оружие, припал спиной к двери. А потом, как в лучшие годы работы опером, ворвался в гостиную.

Держа пистолет на вытянутых руках, локтем толкнул дверь.

С низким приседом шагнул вперед. Сразу к стене, прикрывая тыл.

Быстрым взглядом мазнул по окнам, по комнате.

И охренел.

– Что?.. – Челюсть буквально рухнула вниз. Смотрел и глазам поверить не мог.

В его доме! На его диване! Рядом с его женщиной! Сидел какой-то мужик. Хлебал что-то горячее из его любимой кружки. А прямо напротив мужика в платье с декольте до пупа восседала Пожарская.

– Руслан, ты? – Все так же скалясь во все тридцать два, она повернула голову в его сторону. Прошлась внимательным взглядом по пистолету. И, словно мамашка, расстроенная поведением любимой кровиночки, поджала свои пухлые губы.

– Конь, блин. В пальто.

Чувствуя себя полным идиотом, Руслан спрятал табельное под пиджак. И медленно, еле сдерживая бурный матерный поток, поднялся с пола.

– Твой сосед любезно предложил убрать во дворе снег, и я согласилась, – ее Сиятельство сообразило, наконец, пояснить, в честь чего чаепитие и что за хрен трахает тут ее взглядом.

– Сосед?..

Руслан сглотнул. С момента покупки дачи он бывал здесь часто. Иногда жил месяцами. Дорога до работы занимала столько же времени, сколько и от квартиры. Воздух в поселке был чище, и никто не беспокоил звонками.

Идеальное место для жизни. Вот только соседей он своих никогда не видел. Слышал иногда разные звуки с их участка. Замечал свет в окнах. Но чтобы так... и снег убрать, и на чай напроситься – это был полный абзац. Магия, мать ее. Доступная лишь одной уникальной бабе.

– Ну, здравствуй, сосед. – От спокойствия, ради которого затерроризировал на работе всех подчиненных, и следа не осталось. Злость рвала на куски.

– Здравствуй-те, – с заминкой, словно заика, произнес побелевший мужик. – Я заметил, как Ве-роника бросает что-то вверх, а потом ищет в снегу. И решил...

Будто хотел сказать что-то еще, он снова открыл рот, оглянулся на Пожарскую. Но хозяин дачи уже утратил к нему интерес.