Сто оттенков ночи

— Он умрет?

— Недавно он прошел курс химиотерапии, нужно подождать. Но стрессы, как и многое другое ему противопоказаны.

— А я думала, ты меня до сих пор не бросил, потому что хочешь продвинуться в науке, а ты оказывается, жалел моего отца. — по щекам Альбины потекли слезы. Она нервно прикурила вторую сигарету.

— Еще несколько недель назад, я думал на тебе жениться. Но сейчас понимаю, что из этого бы ничего не получилось. — я поставил точку.

— Я люблю тебя, Ворон! А ты хочешь меня! Я согласна быть с тобой на любых условиях! — зарыдала она в голос. Я испытывал к ней жалость, но менять своего решения не собирался.

— Успокойся! — я набрал стакан холодной воды и поставил перед ней.

— Ты ни с кем не будешь счастлив! Никто не будет терпеть твои постоянные измены! — расходилась она. Даже известие о болезни отца не так тронуло Альбину, как собственная обида.

— Выпей! — взяв стакан, поднес к ее губам и чуть ли не насильно влил воду.

Какое-то время в кухне стояла тишина. Альбина о чем-то думала, не поднимала на меня взгляд. Я хотел скорее завершить этот разговор, но понимал, ей нужно дать время.

— Ты сам скажешь моим родителям? — взяла она себя в руки.

— Я тебе уже говорил, что стрессы твоему отцу противопоказаны.

— Как это по-мужски переложить ответственность на женские плечи.

— Я не перекладываю на тебя ответственность. О расставании мы сообщим Борису Евгеньевичу, после того, как он пройдет очередное обследование. Договоримся, как мы это сделаем.

— А все это время будем ходить к ним в гости, поддерживать разговоры о долгожданных внуках?! — нервно усмехнулась она.

— Он не должен знать, что ты в курсе его болезни. Борис Евгеньевич этого не хотел. Ты понимаешь, почему мне пришлось тебе рассказать?

— Ворон, вот самое противное, что ты не о себе думаешь. Ты весь такой правильный благородный, а меня от этого тошнит!

— Вот и замечательно! — ее откровения вызвали ухмылку, которую я не показал.

— Дай выпить.

— Нет.

— Думаешь, твое «нет» меня остановит? Ты мне теперь никто!"

"— Альбина, прекращай драматизировать. Что тебя так задело? Ты же сама прекрасно знаешь, какой была бы наша семейная жизнь! Мы бы через полгода возненавидели друг друга!

— А так, я тебя ненавижу уже сейчас! — выплюнула она и поднялась на ноги. — Не обижайся Воронов, но я твою бабу просвещу, какой ты кобель!

— Только попробуй рот открыть, пожалеешь! — отреагировал я сразу же. Все во мне взбунтовалось даже от мысли, что ее обидят. Мелкую я готов был оберегать ото всех.

— Даже так?! — призадумалась она, а потом добавила: — я бы поверила, если бы не знала, что ты не умеешь любить!

— Речь о другом. — я не хотел давать ей козырные карты в руки. Альбина тот человек, который при удобном случае использует информацию против тебя.