Танцы на стёклах

Я еще никогда не покидала границ Соединенных Штатов, но даже долгий, и слегка утомительный, перелет не испортил моих впечатлений, когда самолет начал снижаться над Парижем. Последний рабочий день в суете и сборах пролетел для меня, как одна секунда, а сам полет был скрашен приятной беседой с Николасом. Кажется, я даже задремала на его плече.

— Волнуешься? — мягко спрашивает Ник, глядя на то, как я прижимаюсь лбом к стеклу. Огромное крыло самолета разрезает последний слой облаков, и у меня замирает сердце, когда я гляжу на очертания города моей мечты. Я любуюсь каналами Сены с высоты птичьего полета, улыбаюсь, замечая крохотную Эйфелеву башню и Марсово поле.

— Ты еще красивее, когда твои глаза так искрятся от счастья, — я таю от его комплимента, Ник почему-то позволяет себе поправить прядь моих волос за ухо. Он помогает мне с багажом, и со всем остальным. Мы с коллегами быстро проходим паспортный контроль, благодаря тому, что Ник всех организовывает. Он специально садится в одну машину со мной, но я почти не понимаю, о чем мы говорим, любуясь видами этого прекрасного города.

Мы едем по пробкам, поэтому к тому времени, когда мы добираемся до Елисейских полей, на улице уже темно, а знаменитый бульвар превратился в россыпь разноцветных огней, шикарных магазинов и счастливых людей с огромными пакетами покупок в руках.

Я смотрю на дома, от которых так и веет тайной и романтикой. Так и хочется напеть знаменитую песню Лары Фабиан Je t'aime… и влюбиться. Также сильно и навсегда, как в этой песне.

— Смотри, там арка! — визжу я, хватая Николаса за край пиджака.

— Ты такой ребенок, Мэл. Я видел ее. Да, это Триумфальная арка.

— О Боже, она просто огромная, там люди на крыше! Хочу туда! Хочу побывать везде! — я не могу сдержать эмоций, но мы огибаем ее, и вскоре останавливаемся возле отеля, который производит на меня почти такое же впечатление, как Триумфальная арка.

Я и подумать не могла, что когда-нибудь переступлю порог подобного места. Фасад отеля «Хилтон» кричит о том, что ночь здесь стоит несколько тысяч евро. Европейская архитектура, кажется мне чем-то новым, сказочным, после стольких лет созерцания каменных и бездушных джунглей.

Растерянно иду за Дэвисом, засматриваясь на декоративные детали, украшающие две величественные колоны у входа, и чуть не врезаюсь в стеклянную, крутящуюся дверь. И только это напоминает мне о том, что я все-таки не попала в прошлое.

Все время смотрю по сторонам и не могу собраться. Я полностью доверяю Нику все свои документы, пока он и другие регистрируют всех из «L. Corp».

Даже стоя у стойки ресепшена я вижу, что отель огромный и условно разбит на несколько зон, которые разделяют фонтаны, а за стеклянной дверью скрывается внутренний сад.