Стилист

Настя не хотела с ним ссориться, поэтому решила быть предельно вежливой и миролюбивой.

– Ты же был вчера на совещании и все слышал. Мне казалось, мы все договорились, что задерживать Черкасова рано, пока мы не нашли место, где он держал и продолжает держать мальчиков. Если ты с этим не согласен, то почему промолчал вчера? У тебя была возможность высказаться. Давай сейчас обсудим твои соображения.

– Нет у меня соображений, – буркнул Геннадий. – Время жалко попусту тратить. Я свою основную работу совсем забросил с этим вашим Черкасовым.

– Ну потерпи еще немного, – мягко попросила Настя. – Поверь мне, дело того стоит.

Когда она вернулась на Петровку, все в ней продолжало кипеть от негодования и злости, хотя она сдерживалась изо всех сил, чтобы не показать этого. Неужели действительно поколение грамотных и преданных делу сыщиков вымирает, а на смену им приходят вот такие, как Свалов, равнодушные и думающие только о себе? Ведь Гена далеко не глуп, он способный парень, и мозги у него работают нестандартно, иначе он не смог бы догадаться проанализировать титры в четырнадцати фильмах. Он мог бы стать хорошим оперативником, по-настоящему хорошим, если бы захотел. Но ему это неинтересно. Зачем он вообще в милицию пошел?

* * *Геннадий Свалов очень хорошо знал, зачем он пошел в милицию. В тот год, когда он закончил школу, в один из московских милицейских вузов разрешили наконец принимать абитуриентов, не служивших в армии. Поскольку в это время уже шли боевые действия в Карабахе, идти в армию с риском оказаться на линии огня Свалову совсем не хотелось. Когда он перешел на третий курс, экономические реформы в стране достигли того этапа, на котором стала очевидной быстро растущая потребность в юристах, специализирующихся на гражданском праве. И Геннадий составил план, в соответствии с которым он будет углубленно изучать правовое регулирование вопросов, связанных с недвижимостью, после окончания вуза поработает в милиции, пока не выйдет из призывного возраста, а потом рванет на гражданку и устроится юристом в риэлторскую фирму. Поскольку работа в уголовном розыске в рамках указанного плана являлась для него вынужденной, временной и, в общем-то, неинтересной, то ничего удивительного, что все свободное (или целенаправленно освобождаемое) время Свалов посвящал тому делу, которое должно было стать делом его жизни – сделкам с недвижимостью. Он подвизался сразу в трех фирмах, составляя для них различные договоры и консультируя их по вопросам заключения сделок. Разумеется, и деньги за это он получал немалые. Но времени на углубленное юридическое обслуживание все-таки не хватало, и Геннадий уже присмотрел себе другую должность в милиции, более удобную с точки зрения свободы маневра.